НАВИГАЦИЯ ИГРЫ

Вивисектор: Зверь Внутри: Литературное прохождение

ПОЛНОЕ ОПИСАНИЕ ИГРЫ
«Вивисектор: Зверь внутри / Vivisector: Beast Inside»

«Нет покоя в их сердцах.. они не дети природы…
Они уже не животные, но еще не люди…
Они хотят плакать, но не знают как…
Они хотят улыбаться, но не знают когда…
Они хотят любить, но не знали своей матери…
Они хотят верить, но не знают, кто их Бог…
Нет места для двух душ в едином теле».



Вашингтон, федеральный округ Колумбия, США
16 июля 10.27 после полудня

«…однажды нам понравилось играть с огнем… не могло не понравится… этого следовало ожидать…», - спичка, которую он зажег, чтобы разжечь трубку, горела между пальцами ровным, не коптящим пламенем…
Пламя обожгло. Он потряс спичкой и бросил ее в стоящую перед ним пепельницу, украшенную рельефным изображением герба Соединенных Штатов. Тонкая струйка дыма еще не успела всосаться в решетку вентиляции на потолке, как раздался вопрос:
– Сэр? - Он поднял взор, оглядел группу людей, сидевших в Ситуационной комнате Белого дома, увидел перед собой настенный экран с развернутой во всю ширь картой земного шара, шеренгу мониторов поменьше и телефонов, расположенных перед ним полукругом, как на пульте управления истребителем…
– Сэр? - уже настойчивей…
Он провел ладонью по лбу, покрытому липкой, отдающей жаром кожей… «Самое время заболеть гриппом…», - подумал он и чуть не засмеялся от этой мысли. У него не может быть отпуска по болезни. Такие как он – не болеют, не могут болеть, как все нормальные люди, которым посчастливилось никогда не переступать порог Ситуационной комнаты.
Он попытался сфокусировать взгляд на сидящих за овальным столом людях – нервных, прямых, как шомпол, резких и настороженных, с льдинками вместо глаз, с «ежиками» коротко остриженных волос и с усами… всех их, - таких разных, - объединяло одно: отутюженная, прекрасно сшитая военная форма с пестрой пригоршней наград на обоих сторонах груди…
– Да?
– Сэр, я спросил, каковы будут ваши распоряжения? - голос принадлежал Председателю Комитета Начальников Штабов.
– А… - протянул он. Потом, после минутной паузы, добавил: - Прошу у вас некоторое время подождать в приемной, пока я лично ознакомлюсь с докладной запиской Курта Робинсона, и дам по ней свое заключение…
Когда последний вышел за дверь, он откинулся в кресле, и, задымив трубкой с новой силой, принялся перелистывать аккуратно отпечатанные на машинке страницы…

1. Задание
Я, Курт Джей Робинсон (32 года, американец, занимаемая должность – сержант «морских котиков»), 1 февраля 1987 года вместе с моим взводом был поднят по тревоге и получил срочное задание десантироваться на тропический остров Сорео (Тихий океан) с целью разгромить лагерь вооруженных повстанцев. Уже в самолете лейтенант Малика Блок, возглавляющая операцию, сообщила нам, что в зону конфликта был заброшен отряд сил быстрого реагирования под командованием капитана Лайма Куэйда, однако, связь с ними неожиданно прекратилась. Единственное, что у нас было – это работающий радиомаяк. Наша задача – выяснить, что там случилось и действовать по обстановке.
Прибыв на рассвете, мы рассредоточились по местности в низине. Вскоре лично я получил приказ пробраться к деревянной постройке неподалеку, где и располагался источник сигнала. Осмотрев домик и прилегающие к нему строения (площадка-амбар, колодец и прочее), даже слазив на чердак, я никого не обнаружил. Только после этого зайдя в дом, активизировал радиоприемник. Куэйд сообщил, что его отряд, скорее всего, уничтожен, что то, зачем его сюда послали не имеет ни малейшего отношения ни к войне, ни к террористам, а мы все, по его словам, должны как можно скорее покинуть остров.
Пока я размышлял над этим более чем странным посланием, мой взвод был атакован неизвестным противником: странными, непонятно откуда взявшимися тварями, напоминающими пятнистых, грязно-серого колера собак, скорее даже гиен. Пока я выбирался из дома, все было кончено. Мне осталось лишь застрелить гиену, убившую лейтенанта Малику Блок, с которой меня некоторое время назад связывали очень близкие отношения...

2. Ворота
В ходе атаки тварей в доме что-то загорелось, а пошедший дождь лишь смыл пепел с обугленных головешек. Пока я осматривал тела своих товарищей, в надежде, что хоть кто-нибудь из них выжил, в наушниках раздался голос пилота.
Он сообщил, что принял наш SOS, посланный лейтенантом за несколько минут до гибели, и пообещал найти место для приземления как можно скорее. Одновременно с этим на моей скан-карте появилась мерцающая точка, обозначающая метку, к которой нужно было идти.
Однако не успел я выйти за деревянные ворота, как подвергся обстрелу с горы. Спрятавшись, я дождался спускающегося вниз противника и убил его, открыв огонь в ответ на его попытку «добить» меня. После чего, подошел и осмотрел труп. Этот человек, облаченный в странную, без знаков отличия и эмблем форму коммандос, явно не относился к нашим вооруженным силам. Вероятно, мне повстречался местный повстанец или напротив, солдат правительственных войск. Я решил (и впоследствии мое мнение полностью подтвердилось), что для меня опасны как те, так и другие, да еще не стоило забывать про гиен…
Осмотревшись, я поднялся по тропинке, огороженной перилами. Она привела меня не только к метке, но и к наблюдательному пункту, с которого убитый вел по мне огонь из снайперской винтовки. Я подобрал ее, а так же патроны и аптечку. Кстати, здесь же, как и на чердаке дома в низине, я обнаружил рисунок, сделанный карандашом и явно срисованный с какой-то картины итальянских мастеров эпохи Ренессанса, скорее с Леонардо да Винчи. Не знаю, правда, важно ли это…
«Погасив» метку и определив по скан-карте местоположение новой, я двинулся туда, хотя пришлось идти не прямо, а в обход горы. По дороге меня обстреляли еще двое коммандос, но я, уже державшийся начеку, быстро и относительно без потерь расправился с ними.
Вскоре я нашел автомобильную колею, и еще издалека увидел оплетенную колючей проволокой стену с воротами, охраняемыми двумя сторожевыми, пулеметными вышками. На подходе голос из мегафона сообщил мне, что я «не опознан», велел остановится и предъявить какой-то «транслотер», а если у меня его нет или он вышел из строя – не приближаться, «в противном случае будет открыт огонь на поражение». Но я все же рискнул, и они начали стрелять, но не в меня, а опять в этих пятнистых гиен, явно старавшихся прорвать периметр стены! Сейчас я смог хорошо разглядеть, как они атакуют: звери появлялись словно из ниоткуда, в синих бликах электрических вспышек, и почти сразу подыхали под пулеметным огнем с вышек.
Атака скоро кончилась, так что досталось и мне, но я вовремя спрятался за бетонный парапет, видимо – остаток какого-то защитного сооружения, и оттуда «снял» стрелков из снайперской винтовки. Только теперь я смог спокойно выйти и «погасить» метку. В ту же минуту к воротам подъехал джип, по всей видимости, вызванный на помощь. Отбежав и снова спрятавшись, я увидел из своего укрытия, как водитель не смог справится с управлением, машина перевернулась, наехав на ворота. Но оба пассажира уцелели и, обнаружив меня, открыли огонь без предупреждения. Пришлось убить их, а потом, взобравшись со шлагбаума на машину, - и, перепрыгнув, - оказаться по другую сторону ворот…

3. Энергостанция
Пробравшись, я попал в самую гущу боя коммандос с пятнистыми тварями. Не разбирая долго, кто здесь враг, а кто друг, они начали стрелять и в меня. Пришлось спрятаться за конусообразным сооружением, стоявшим слева от ворот, и открыть ответный огонь. Я перебил несколько гиен и двух солдат, а потом убил и третьего, расположившегося на крыше военного грузовика, прямо у метки.
Взобравшись наверх, я «погасил» метку и снял с трупа транслотер – кибернетическое устройство, наподобие КПК, в котором оказалось много чего полезного и интересного, но долго его рассматривать не было времени. С высоты грузовика я увидел, что проход дальше по территории закрыт системой заградительного, проволочного забора, скорее всего, находящегося под напряжением. Однако, в стене конусообразного сооружения, обращенной ко мне, зияло круглое отверстие, вполне подходящее для того, чтобы человек моего роста и сложения смог запрыгнуть через него внутрь. Другого входа туда все равно не было, так что я этим воспользовался, хотя, признаюсь, не с первой же попытки…
Так я оказался на энергетической станции. Мои познания в области электротехники весьма поверхностны, но даже я не мог не удивиться такому непонятному нагромождению конденсаторов, спиралей нагревания, электродов, эмиттеров и прочей машинерии странного вида и назначения. Одно могу сказать с уверенностью – это не был атомный реактор: уровень радиации немедленно бы дал о себе знать на теперь уже моем транслотере. Подвижных частей вообще не было, поэтому, как вырабатывался ток, мне не удалось установить…
Убедившись в том, что внутри никого и ничего опасного нет, я обследовал энергостанцию сверху донизу, то взбираясь или опускаясь по скобчатым лестницам, то проходя по мосткам, площадкам и пандусам. Мне удалось найти немного боеприпасов, что было очень кстати, но кто их здесь разместил и зачем, оставалось непонятным.
Наконец, все обойдя и «погасив» метку у внутренних дверей, я вошел в подземный тоннель, скорее всего технического назначения. Здесь недавно шел отчаянный бой коммандос с гиенами: трупы и тех и других валялись где ни попадя среди разорванных трубопроводов и кабелей. Кстати, в одном месте в проводах запуталась одна еще живая тварь, так что я смог ее хорошо и спокойно разглядеть. Увиденное повергло меня в шок – как я и предполагал, это была не просто гиена, а зверь, снабженный механическими и электронными имплантантами, иногда прямо выходящими на поверхность кожи, сквозь мех, иногда угадывающиеся. Кто, как и для чего изуродовал это и подобных ему «электрен» (сокр. электро-гиена) – так мне пришло в голову называть этих животных? Чья злая, но вооруженная новейшими технологиями (в этом у меня не было сомнений) воля сделала это? Ответов я тогда еще не знал…
Осторожно проползая под источавшими ядовитый газ и обжигающий пар трубами к выходу из тоннеля, я оказался далеко от заграждения, и вскоре обнаружил грунтовую дорогу с наезженной колеей. Не имея другого выхода, я зашагал по ней, пока не уперся в решетчатые, оплетенные высоковольтной колючей проволокой ворота. Ни открыть их, ни обойти не было никакой возможности, но мне повезло – прямо на меня сквозь них, снова в ореоле синей вспышки выскочила электрена. Я расстрелял ее из пистолета - более мощного оружия мне не понадобилось, - и прошел сквозь прожженную ею дыру.

4. Катастрофа
Оказавшись по ту сторону, я немедля направился к маячившей неподалеку метке, но на подходе меня остановили нехорошие предчувствия: что-то слишком тихо и спокойно было вокруг. Опыт морпеха говорил мне, что это верный признак засады, да и сама метка оказалась окружена какой-то очерченной квадратом линией. Сохраняя полное спокойствие и настороженность, готовый ко всему, я «погасил» метку и… попал в ловушку – меня окружила клетка из толстых и частых прутьев, а вокруг начали возникать и бросаться на меня электрены! Их было с полтора десятка, не меньше, но возникали они не сразу, а по две-три особи за раз.
Сообразив, что им меня не достать, я спокойно открыл огонь из пистолета, но ловушка оказалась хитрее, чем я думал – в момент, когда тварей стало много, клетка сама скрылась под землей, оставив меня одного на один с ними. Благо, я быстро справился с шоком и расстрелял электрен одну за другой. На мое счастье, нападали они бессистемно, нанося удар и тут же отбегая, не сваливая меня на землю и не грызя горла. Видимо, сработала их гиенья, трусливая порода, то, что не устранить никакими имплантантами…
Как бы то ни было, я благополучно выбрался оттуда и пошел к новой метке. По дороге пришлось принять бой еще с парочкой электрен, отбивавшихся от стаи, а позже – с коммандос. Как и прежде, они начали палить в меня тоже, так что пришлось залечь и сначала расстрелять людей, а потом прикончить оставшихся в живых тварей.
Дальше я шел почти без приключений, никто мне не досаждал, но впереди ждало большое горе... Заходящий на посадку транспортный самолет, шедший эвакуировать меня, был подбит в воздухе и весь объятый пламенем рухнул за холмами. Так, потеряв последнюю надежду выбраться с Сорео, я остался совершенно один…

5. Ловушки в долинах
Осознав это, я бросился к месту падения самолета. Для этого пришлось пересечь небольшую долину и взобраться на холм со стороны выступавших камней. Транспортник проделал в земле огромную борозду, поломав деревья и раскидав тот тут то там части обшивки, двигателей, фюзеляжа… Я обследовал их все, в надежде найти катапультировавшегося пилота, но напрасно…
Подвигаясь, я увидел круглую канаву, странно, как-то неестественно круглую, словно ее копали лопатой. В центре находилась метка, а рядом с ней – какое-то оружие и боеприпасы. Все это показалось мне довольно странным, я справедливо заподозрил ловушку, но не «погасить» было нельзя, так что я вступил в круг. Он, как выяснилось, наполненный лишенным запаха ракетным топливом, почти сразу же загорелся, и на меня напали четверо ранее невиданных тварей. Лишь позже, перестреляв их с близкого расстояния из ружья, я рассмотрел, что это были ягуары, но способные выплевывать струи огня, бьющие с большой силой и на расстоянии более 10 метров! На мордах у тварей я явно различил горелку, а в полупустой брюшной полости – баллоны с горючей смесью… Признаюсь, я просто испугался – да что же тут происходит?!
Но долго размышлять над этим у меня не было ни сил ни желания. Бросив трупы огнегуров (лучшего имени для этих тварей не придумаешь), я отправился дальше, пока не дошел до обрыва, откуда увидел внизу останки транспортного самолета… Спустившись вниз (что оказалось весьма нелегко сделать не ушибившись!) я дошел до все еще полыхающего остова, забрался внутрь, подобрал патроны и аптечку. Отдал честь павшему летчику, потом обошел самолет вокруг и вышел к небольшому озерцу, наполненному прозрачной водой, здесь я немного задержался, поплавав, смыв грязь, копоть и слезы…
Затем мой путь до новой метки проходил через небольшое ущелье, где на меня неожиданно напади, появившиеся в синей вспышке, как и электрены, четверо огнегуров. С трудом я расстрелял их в упор из ружья. Кстати, ружье мне попалось помповое, стреляющее картечью – благодаря большой убойной силе, незаменимо для ближнего, но неэффективно для дистанционного боя.
Итак, расправившись с тварями, я спустился вниз и у самой метки нашел труп солдата, как выяснилось, из подразделения Куэйда. Через рацию, я поговорил с самим Лаймом. Он сначала обрадовался, решив, что прибыли спасатели, но, узнав правду, приказал присоединиться к его взводу «а там что-нибудь придумаем». Я счет это за лучшее и направился к новой метке.
Однако очень скоро оказался в новой ловушке: дорогу из ущелья мне перекрыли самодвигающиеся ворота из толстенных прутьев и сетки. Одновременно напали электрены. Я растерял их из пистолета, но и сам поранился, так что, кроме всего прочего, пришлось искать аптечку. Она нашлась вместе с запасом патронов на холме, куда из ущелья вела почти тропка наверх. Взобравшись туда, я легко перепрыгнул на ворота и по ним прошел на другую сторону почти до самого конца, где снова прыгнул на почти незаметный каменный выступ. Пройдя и здесь по тропинке ко вторым воротам, я осторожно спустился вниз, но, выбравшись, подвергся нападению как электрон, так и огнегуров.
Бой был жарким во всех смыслах, но я победил, перебив тварей из М-16, патроны к которой разумно сохранил, не тратя попусту, - кто знает, когда могу еще пополнить их запас? Словом, выкрутился…
Добравшись до метки, по дороге отразив еще две атаки, правда, не столь интенсивные, я «погасил» метку… и снова попал в ловушку! Как и в самый первый раз, меня окружила клетка и электрены. Это не страшно, я без проблем перестрелял их пистолета, но тут пришли огнегуры… Тут бы мне и сгореть, но неожиданно клетка поднялась на столбах вверх, куда не доставали огненные струи из пастей животных, зато до земли хорошо долетала картечь, так что некоторое время я стрелял в хищников, бестолково метавшихся подо мной. Но радовался я напрасно – внезапно пол коварной клетки раскрылся и я полетел прямо на головы огнегурам! Даже, кажется, «оседлал» одного из них… но дробовик не уронил, так что вскоре земля покрылась трупами, быстро, почти на глазах превращающимися в скелеты…
Новая метка находилась на другой стороне довольно-таки большого озера. Я слишком устал, чтобы идти в обход, поэтому просто поплыл напрямик, заодно приятно отдыхая и смывая вместе с грязью и копотью усталость в воде. Правда, мне наперерез поплыли несколько электрен и огнегур, но в воде они бы ли слишком неуклюжи, да и огнемет у хищника не работал, так что мне даже стало лень стрелять в них (к тому же стоило поберечь патроны!). Я расправился с тварями своим охотничьим ножом: подпустил поближе и распорол от лба до яиц…

6. Деревня
Выбравшись из воды, я «погасил» метку и получил по радио сообщение от Куэйда: мне предстояло идти в деревню и там, с его помощью, осуществить авторизацию «транслодера», чтобы коммандос оставили бы меня в покое…
Сказано – сделано. Я дошел до скалистого утеса и оттуда очень осторожно скатился вниз, попав при этом в пруд. Было довольно глубоко, и конечно звук и брызги привлекли внимание коммандос: не успел вынырнуть, как по мне был открыт огонь из самого большого здания. Я проплыл под водой до деревянного мостка, затем выбрался наружу и из-за угла расстрелял охрану у входа, но внутрь, доверившись своему чутью, пока не пошел.
Перво-наперво я решил обойти деревню. Несколько хижин и больших навесов группировались вокруг огромного баобаба, видимо, местной святыни. Как раз внутри дерева, за решеткой, я и обнаружил метку, но проникнуть внутрь пока не представлялось возможным. Побродив еще немного и подобрав оружие с боеприпасами, я неожиданно подвергся атаке сначала нескольких электрен с огнегурами, а потом мне на голову посыпались гранаты, поражавшие цель с убийственной точностью! Присмотревшись, я заметил на крыше одного из сараев нового врага – гориллу, у которой вместо правой руки был гранатомет, и, - я уверен в этом! - вмонтированный в глаза оптический прицел позволял чудовищу вести огонь с максимальным эффектом. Достать эту «гренадиллу» простыми пулями было почти невозможно, поэтому я воспользовался снайперской винтовкой. Оказалось, монстр совершенно не защищен: видимо его создатели, кто бы они ни были, понадеялись больше на мощь гранатомета и неожиданность нападения, чем на броню. Более того, гренадилла даже не попыталась удрать или сменить позицию обстрела…
Запомнив эти факты, я двинулся назад, к входу в самое большое здание, оказавшееся преддверием пещеры. Там, убив еще одного коммандос, стоящего внизу у лестницы, я спустился на площадку к небольшому деревянному штурвалу и повернул его насколько смог. После чего, обошел всю пещеру, полазил по конструкциям, состоящим из стропил, сваренных рельсов и решетчатых площадок, подобрал то, что нашел, и вышел наружу.
Как я и надеялся, решетка на баобабе поднялась вверх и я, войдя в дерево, «погасил» метку. В ту же минуту на меня напал огнегур, но для находящегося начеку солдата он не представлял большой опасности. Застрелив его почти в упор из ружья, я взобрался по винтовому искусственному пандусу внутри дерева, и вышел на одну из огромных ветвей. Почти сразу на столбах подвесного моста материализовались две гренадиллы. Они сидели достаточно близко, поэтому я снова воспользовался ружьем.
Уничтожив тварей, я без приключений перешел по мостику и отказался на площадке у входа в новую пещеру, распложенную довольно-таки высоко…

7. Казармы коммандос
Не успел войти, как на меня напали трое коммандос, открыв огонь из-за баррикады каких-то ящиков с медикаментами и провиантом. Нырнув под решетчатую площадку уже внутри пещеры, я открыл огонь и убил их, после чего подобрал гранаты, и пошел вглубь прорубленного в горе коридора.
По дороге я то и дело натыкался на группы коммандос, немедленно начинавших в меня стрелять. Убивать их мне было не сложно, так что я, стараясь не подставляться под пули, шел и шел вперед. Временами мне попадались хорошо оборудованные казармы солдат – койки в несколько ярусов, шкафчики для вещей, лампы дневного света и ящики с оружием. По мере надобности, я пользовался найденным, иногда встречая в них коммандос, иногда – нет.
Так я дошел до большого внутреннего помещения, имевшего несколько выходов, огороженных решетчатыми дверями. Убив двух коммандос и войдя, я нашел консоль, откуда Куэйд попытался авторизировать мой транслотер. Однако не успел он закончить, как на меня напали четверо огнегуров. Я-то убил их, но твари своим огненным «дыханием» привели в негодность аппарат, так что я так и остался в неведении – авторизирован я или нет? Связь с Куэйдом тоже прервалась, так что мне осталось только выйти из пещеры. По счастью ранее не реагировавшие на прикосновение моей ладони замки теперь открывались: значит, авторизация если и не до конца, но осуществилась…
По шаткому мостику я снова перебрался на баобаб, оттуда – на крышу сарая, стоящего вплотную к деревянной стене, и, убив возникшую на холме гренадилу, перепрыгнул за забор, оказавшись, таким образом, у входа в небольшую пещеру…
Мне сразу показалось подозрительным, что ее края уж больно правильно овальной формы, но отступать было некуда. Конечно, это оказалась ловушка. Как только я вошел, пещера закрылась с обоих сторон и на меня, погруженного в темноту напала электрена с огнегуром, но это полбеды. Хуже всего было потом, когда кто-то совершенно невидимый, начал меня яростно кусать, норовя уцепиться в пах! Открыв огонь туда, где, как мне показалось, я заметил окровавленные челюсти, я застрелил нового врага – черную пантеру, у которой под кожей (по окружности грудной клетки) были вшиты какие-то потрескивающие разрядами пластины… Позже я сообразил, что с их помощью «транспанта» может становится невидимой, особенно в темноте. Не знаю с чем связан такого рода эффект, может быть что-то происходит с квантовым полем, может это влияет на способности человеческого глаза различать или не различать зверя… я не физик и уж точно не из тех, кто создавал этого монстра…
Пещера открылась сама собой и я, пнув несколько раз тело зверюги, вышел на свежий воздух, навстречу новым приключениям…

8. Путь к воротам
Выйдя из пещеры, я сразу же едва не погиб – сверху на меня посыпались гранаты! Пришлось бегом вернуться обратно, и, осторожно высунувшись, оставаясь в зоне недосягаемости, расстрелять из снайперской винтовки двух гренадилл. Избавившись от этой опасности, я огляделся.
Справа был небольшой проход к стене и воротам, но они оказались заперты, а через забор не перелезть. Пришлось идти по узкой долине между гряд холмов… Вскоре я получил сообщение от Куэйда: ему удалось связаться с командующим здешними военными силами генералом Догстоуном. Это обнадежило, а «погасив» очередную метку, я снова услышал позывные Лайма: он со своим отрядом пошел на соединение с генералом, но моя авторизация не подтверждена, так что рассчитывать по помощь коммандос я не могу…
Убив после этого четырех огнегуров, я пошел на новую метку, но в ущелье подвергся атаке трех гренадилл, ведших прицельный, перекрестный огнь. Хорошо хоть то, что они не двигались с места, но все равно убить их было делом не простым… Не успел я перевести дух, как, пройдя еще немного, попал в новую ловушку… та же история повторялась еще дважды, причем, в последних двух случаях на меня нападали по четыре гренадиллы! Не будь по дороге разбросаны аптечки, видимо, потерянные кем-то в спешке, – точно бы остался там… Хотя, должен отметить: если подойти в зверюге вплотную, она, опасаясь ранить саму себя, не будет стрелять. Так что с теми кто сидел на земле, я разделался простым ножом, без какого бы то ни было риска. Другое дело, что подойти к ним было очень и очень не просто…
«Погасив» метку, я двинулся дальше, при этом напавшие на меня несколько электнен и огнегуров, - после таких гранатных обстрелов! - показались мне почти невинными детками, носящимися туда-сюда по ущельям. Еще издали я заметил заграждение, наподобие тех, что не так давно заперли меня в ловушке, но Куэйд смог его открыть. Он же велел идти вдоль стены к главным воротам периметра. Я и пошел, по дороге отразив комбинированную атаку нескольких электрен, огнегуров, гренадиллы и одной транспанты.
Однако, стена скоро кончилась, дойдя до большой скалы, а ворот так и не было… Зато я нашел небольшую долину, вид которой мне сразу не понравился, наполнив сердце недобрыми предчувствиями. В самом ее центре стояла скала, похожая на рекламу кинокомпании «Паранамут», на вершине которой сиял луч метки, но вокруг было разбросано множество ящиков, как потом оказалось, пустых, аптечек и боеприпасов. Видимо, здесь не так давно шел жаркий бой. Но делать нечего – я пошел к скале, взобрался на нее и, как и следовало ожидать, попал в большую передрягу! Из земли выросли проволочные стены, очертив территорию по кругу, а на меня напал новый вид противника – четыре льва, изрыгающих из пастей огненные шары, уклоняться от которых я научился не сразу. Убить «огнеплёвов» оказалось посложнее чем огнегуров, но возможно, что я проделал. Однако вслед за ними явились и они сами – легки на помине! И, как будто этого было мало, внутри круга расселись четыре гренадиллы. Бой был просто кошмарен – гранаты и струи пламени сплетались в паучью сеть, а я был там не более чем мухой… Впрочем, очень скоро я понял, как использовать одно слабое место врага: ведь гранаты ранили и огнегуров, да еще как! Так что, добивая четвероногих тварей, я, бегая, по кругу, вырезал ножом одну за другой гренадиллу, подходя максимально близко. Был для меня и еще один плюс – сидя диаметрально противоположно друг другу, они не могли так просто до меня достать… так что, закончив бой и основательно подлечившись аптечками, я продолжил свой путь…
Почти сразу же я получил новое сообщение от Куэйда: мне надо было добраться до наблюдательного поста над воротами периметра и оттуда связаться с генералом Догстоуном. Сказано – сделано. По дороге на меня нападали «банды» электрен и огнегуров, от которых я спасался тем, что прижимался спиной к скалистым утесам, не давая тварям себя окружить.
Наконец, я вышел к разломанному мосту, на вершине которого был четко виден луч метки. Держащие опоры (по три с каждой стороны) были вкопаны в землю, а понизу шла система решетчатых ферм и стропил. Побродив, я убедился, что с той стороны, откуда я пришел, на мост забраться невозможно, зато с другой – стоит попробовать. Так, переползя с одной из опор на расколотые бетонные блоки, я оказался наверху, после чего, «погасив» метку, начал спускаться. Почти тут же от еще далеких ворот отделилось что-то вроде маленького броневика и открыло по мне огонь, и откуда не возьмись, возникли три траспанты, хотя на этот раз, при ярком свете солнца, их невидимость, если можно так выразиться, не было столь невидимой. Зато «броневик» оказался новым, куда более страшным противником! Им оказался большой, почти целиком закованный в броню медведь с укрепленной на спине легкой среднекалиберной пушкой, и, как позже выяснилось, задние конечности ему заменяли колеса. Но его слабость была та же, что и у гренадиллы: «пушкомишка» (как я его прозвал) сам по себе не кусался, не бил лапами и не мог стрелять в упор, таким образом, будучи опасным лишь на расстоянии! Я подбежал к нему и, найдя на теле незащищенные броней места, начал стрелять прямо в них из ружья.
Убив тварь, я подошел к исполинским, оказавшимися запертыми воротам, не пройти в которые, не достучаться до тех. кто был на той стороне я не смог. Зато рядом стоял большой экскаватор на гусеничной ходу, взобравшись на который по лестнице, я из кабины опустил стрелу с ковшом так, чтобы она достала до чего-то, напоминающего лифт, встроенный в стену снаружи. Затем, то взбираясь по скобам, то ползя по покрытой слоем ржавчины и грязи стреле, я перебрался на самый верх и запрыгнул в «лифт», оказавшийся тем самым наблюдательным постом. Оттуда я по радио связался со штабом генерала Догстоуна.
Он сообщил мне, что никаких повстанцев здесь не было и нет, как и самого вооруженного конфликта, а виной всему вырвавшиеся на волю опытные экземпляры необычных, модифицированных животных (правда, не уточнил как это могло случиться). Но главное: генерал сказал, что прибытие моего взвода – часть какого-то большого, хитроумного плана (но отказался сообщить мне подробности), и что очень рад моему (именно моему!) присутствию на острове. Больше мне ничего не удалось из него вытянуть, кроме приказа как можно скорее прийти в штаб. Больше здесь делать было нечего, и я, не понимая, что бы это все значило, вышел из наблюдательного пункта через одну из дверей…

9. Круг смерти
Вопреки ожиданиям, вышел я, однако, не в периметр, а лишь на внешнюю сторону стены, откуда, пройдя по козырьку, спустился, спрыгнув на стрелу подъемного крана. Через долину я прошел без приключений, зато потом…
Посреди большого, очерченного вкопанными к землю кабелями круга (это было видно по расположению соединений, выходящих на поверхность) меня ждала метка и засада! Внезапно по окружности поднялись стены, но не решетчатые, как раньше, а энергетические – словно сотканные из электрических разрядов. А потом волна за волной накатывались стаи электрен и огнегуров, но совсем плохо стало, когда на вершинах скалистых уступов ущелья с обоих сторон расселись несколько гренадилл… Мне пришлось не просто сражаться, непрерывно стреляя из первого же что попадалось под руку, а еще и носится по кругу, стараясь не прикасаться к стенам – иначе верная смерть от тока! Слава богу, гренадиллы сидели не слишком далеко, поэтому, чтобы их достать, я вполне обошелся пистолетом, но чего мне это стоило… и, как говорится, «на сладкое» в круге появились трое огнеплёвов… Сам не понимаю, как я жив остался… видимо, тот, кто сидит по ту сторону неба, обо мне позаботился на совесть…
Дальнейший путь я проделал без приключений, если не считать мелкой стычки с несколькими электренами и огнегуром, наверное, спешивших в круг. Но вот с холма мне открылся вид на еще один разломанный мост… хотя, если честно, то я в этом не уверен… это больше походило на обломки какого-то летательного аппарата, но, повторяю, я в этом не уверен… как бы то ни было, а это оказалось мне на руку – перебираясь по нему, я достиг пробоины в сплошной стене периметра и оказался внутри.
Здесь мне сразу же пришлось расстрелять стаю электрен с огнегурами, но, сидевшие на вершине кряжа две гренадила невольно «помогли» мне – их гранаты поражали и моих врагов. «Отблагодарив» монстров пулями из М-16, я осмотрелся. Мой путь лежал по довольно-таки не широкому, огороженному решетками, горному проходу над долиной. Все бы ничего, но снизу в меня стреляли три гренадиллы, к сожалению, настолько скрытые джунглями, что убить, да и то из снайперской винтовки, я смог всего одну. Пришлось очень быстро бежать, по дороге два раза вступив в бой с мелкими стайками электрен, но это мелочи…
Наконец, решетка кончилась и я, успев подобрать ручной пулемет M60 (большая убойная сила и большой магазин, делает его незаменимым в борьбе со скоплениями врагов на практически любом расстоянии), скатился вниз в круглую долину, в которой я точно узнал, что такое «круг ада». Непрекращающиеся атаки электрен и огнегуров были еще цветочками, даже гренадилы были не так страшны, потому что располагались на земле… а вот появление огнеплёвов стало более чем серьезной проблемой, правда, с транспантами я справился относительно легко – при свете дня их невидимость не очень-то помогала тварям.
Зато потом… казавшаяся заваленной огромными камнями пещера словно превратилась в вулкан и оттуда выехал огромный, страшенного вида новый монстр – что-то очень похожее на носорога с тяжелым механическим, усаженным шипами катком, заменяющим передние конечности. Проломив каменную преграду, он кинулся на меня с ошеломляющей скоростью, но я сразу заметил, что «носорогер» может бежать только по прямой, а чтобы развернутся – останавливается и делает это довольно-таки медленно. Воспользовавшись этим, я просто вовремя сходил с его пути, играя в своего рода корриду – не приведи бог еще кому-то в такую играть! Очень скоро я заметил, что носорожий зад и почти половина брюха не бронирована вовсе. А потому, я начал палить именно туда из ружья с близкого расстояния, пока монстр разворачивался для нового броска. Шкура у него была действительно носорожья, но выстрел за выстрелом отрывали от нее куски мяса, пока носорогер не подох…
Только сейчас усталость хватила меня словно обухом по голове, поэтому я без сил свалился у трупа кошмарного врага и мгновенно уснул. Но проспал не долго: солнце не успело слишком сильно отклониться к закату. Поднявшись и подобрав боеприпасы, какие нашел, я двинулся по горной тропинке, куда, кстати, раньше не мог взобраться. Видимо, отдых сделал свое дело…
Без приключений я дошел до скалистого обрыва над озером, и здесь, едва «погасил» метку, был атакован большой стаей электрен. Прижатый ими к самому краю обрыва, я не удержал равновесия и полетел в воду…

10. Голос под горами
По счастью, было достаточно глубоко, чтобы не разбиться на смерть о подводные камни и достаточно мелко, чтобы разом не утонуть… выбравшись на берег, я, то и дело оглядываясь, пошел вдоль воды. Удивительно, но меня никто не преследовал, тварей здесь или не было вовсе или были какие-то новые, с которыми мне еще не приходилось сталкиваться…
Внезапно, у метки, лежащей на самой кромке прибоя, я нашел обломок доски с прикрученными к ней двумя перекрещенными помочами. В любой другой ситуации и внимания бы не обратил, но на это раз… со мной что-то случилось: вроде галлюцинации… хотя, нет, мне ничего не болело, не тошнило, чувствовал я себя хорошо, правда, устал, да и только-только из воды, но все же… Мне привиделся корабль, идущий в грозу на скалы. Крушение было неминуемо, и вскоре оно произошло. Но я увидел, что единственным выжившим оказался грудной младенец, привязанный этими самыми помочами к этой самой доске…
Видение кончилось так же внезапно, как и началось. Я потер виски, и несколько раз сполоснув лицо водой из озера, не оглядываясь, ушел от этого странного места. Мой путь лежал в пещеру, где, поблуждав немного, я пришел к выводу, что передо мной искусственно пробитая в толще гор система запутанных тоннелей и переходов, то змеившихся вдаль, но поднимавшихся серпантином. То и дело я находил стоящие на треногах «юпитера», тросы и кабели, тянувшиеся в темноту, кем-то брошенные инструменты…словом, ни о каком естественном происхождении этих лабиринтов не могло быть и речи.
Вскоре я попал в большую подземную пещеру, где нашел, кроме всего прочего, обрушившиеся рельсы подвесной железной дороги, балки и пандусы, ржавые бочки, и старую вагонетку. Судя по скан-карте, мне предстояло пересечь пропасть, а так как иного пути не было, я сел в вагонетку и снял ее с тормозов. С места в карьер набрав скорость, она взлетела над сломанными рельсами и, перевернувшись, упала на той стороне. Но я уцелел, даже не слишком поранился, по крайней мере, ничего фатального…
Здесь было то же самое: бочки, балки, «юпитера», полуразрушенные навесные мосты из досок и веревок… не хватало только одного – противника, и это настораживало больше всего. Новая метка привела меня на обломок моста. Пути дальше не было, только в окно какой-то небольшой, уставленной бочками комнаты. Я спрыгнул туда, но едва взялся за ручку двери, как меня поразил новый «глюк» (называйте это так, если хотите): все тот же ребенок лежал на операционном столе, а над ним склонился какой-то лысый, древний, но еще очень крепкий старик с оливкового цвета кожей, страшным, морщинистым лицом и красными глазами. Внезапно вошел Догстоун. Он, называя старика «профессором Морхедом», начал с ним пререкаться, напомнив, что тот оказался здесь, так как был изгнан из Великобритании за незаконные эксперименты над животными, и теперь служит ему, генералу. Затем Догстоун отнял ребенка и унес его прочь. Старик не стал его задерживать или преследовать, только горестно вздохнул, но не более того…
Дверь действительно вела в операционную, и, как я очень скоро убедился, в ту самую, из моего «глюка». Значит, это не просто галлюцинации, это мой мозг дает мне… что? Подсказку? Подает знаки? Намеки? Кто этот ребенок? А Морхед? Какая между ним и генералом связь? Загадки.. загадки… Не теряя, однако, времени, я осмотрел операционную. Она, как и все вокруг, несла на себе следы варварского разрушения: проломанные перегородки, упавшие штативы из-под капельниц, не работающие приборы, погасшие экраны мониторов… На столе я подобрал скальпель, сам не знаю зачем… и снова рисунок Леонардо да Винчи. Он изображал разрезанное сердце, окруженное надписями на итальянском языке и латыни… но, не зная ни того и ни другого, я не смог прочесть написанное. Хочу сказать, что позже, то здесь, то там я находил еще несколько рисунков да Винчи, касающихся анатомии человека.
Из комнаты вели две двери: одна – на склад, полный аптечек (как жаль, что их всех нельзя было унести с собой!), другая – в небольшой тамбур с каменной лестницей наверх. Поднявшись, я нашел новую метку и относительно жилое помещение (ну, то есть, приспособленное под жилое). Оттуда, разбив окно, я выбрался наружу, на шаткий, готовый вот-вот развалится подо мной мост над пропастью. Пробежал по нему, а потом по ощетинившемуся ребрами, как чрево кита, разрушенному тоннелю, я выбрался на цельнометаллический мост. Как же приятно было ступить хоть на что-то неповрежденное!
По нему я прошел в большое помещение, вроде ангара, заставленное в одном углу непонятного назначения машинами, вроде генераторов, хотя я в этом далеко не уверен. Как бы то ни было, а из трех дверей, - толстенных, как в бомбоубежища! - одна была закрыта, другая приоткрыта так мало, что протиснуться сквозь нее не представлялось возможным, зато третья распахнута настежь. Туда я и направился.
Здесь стояли большие приборные панели центра связи – полукруги из мониторов, приборных досок, клавиатур и микрофонов. Я так и застыл в дверях – ведь это то самое помещение откуда со мной говорил Догстоун! Более того, на одном из экранов я обнаружил «картинку» - самого себя, стоящего в обнимку с Маликой! Что все это значит? Генерал действительно мною интересуется, имеет на меня какие-то планы? Не понимаю, ничего не понимаю…
И вдруг раздался голос. Он шел отовсюду и ниоткуда в одно и то же время. С тем же успехом я мог сказать, что он говорил у меня в голове. Старческий, но сильный, полный усталости и грусти, но непоколебимый в своей правоте… Он говорил о вере, и о том, что люди ее теряют, медленно и верно. Как только он перестал звучать, открылись двери в соседнее помещение. Им оказался почти точно такой же ангар-склад, как тот, через который я недавно прошел, но полный дохлых электрен, рядом с которыми лежали двое мертвых коммандос. Наверное, здесь не так давно шел бой, а победитель-люди скончались от ран. Дальше, в другом помещении, я нашел труп огнеплёвы и транспанты… а голос все так же говорил что-то явно очень мудрое, но, хоть и на английском, но я не понимал его. Он говорил об обретении веры, о вопросах, касающихся смысла жизни, о том, что кто-то создает храм и приходит в него сам… не понятно… не понятно…
Я поднялся по лестнице на железные мостки, наполовину закиданные камнями и песком, и нашел единственную открытую дверь, ведшую меня, как и многочисленные, «гасящиеся» мной одна за другой метки. Из помещения в помещение, где странного вида машины и механизмы сменялись штабелями ящиков, я шел и шел вперед, никого не встречая, сопровождаемый только голосом – мудрым, усталым и древним…
Наконец, немного полазив по вентиляционной шахте, куда забрался с помощью ящиков, я попал на мост, а с него – в прорубленный в скалах коридор за поломанными воротами, замеченными мною еще в самом начале, выбираясь из вагонетки. Пройдя еще немного вперед, я погасил «метку»…

11. Клетки
Все еще будучи в подземелье, я получил сообщение от Куэйда. Он сказал, что его люди нашли клетки этого зверья и заминировали их. Но дороги впереди не было, пока в пещерный тоннель не влетел носорогер. Я приготовился стрелять, но тварь подорвалась на динамите, распоровшем ее брюхо, и издохла. По счастью, туша не загородила весь проход, и я смог выбраться наружу.
Почти сразу же я увидел огромные купола, наполовину решетчатые – наполовину бронированные. По радио Куэйд предупредил меня не подходить к ним: солдаты заложили последние мины, потом дал отсчет, и земля содрогнулась от колоссального взрыва. «Все, больше эти твари тебя не побеспокоят», - пообещал Куэйд, и приказал идти с ним на соединение у товарной станции.
Несмотря на столь оптимистичное заявление, монстры беспокоили меня, несколько раз совершая не столько массовые, сколь неожиданные атаки. Видимо, не все погибли при взрывах и теперь часть вырвалась на свободу, носясь где ни попадя. Электрены, огнегуры, гренадиллы, транспанты и оглеплёвы – полная таблица Менделеева, не хватало лишь «тяжелой артиллерии» из пушкомишек… хорошо еще, что взрывом вокруг разметало множество ящиков с патронами и медицинским оборудованием, так что я почти без потерь вышел победителем.
Мне пришлось с боями идти по территории между раскуроченными взрывами куполами, действительно, очень походившими на огромные клетки, скорее даже цирки, которым не уступали размерами. Соединялись они друг с другом мостами и пучками кабелей высоковольтного напряжения, тоже разорванными и недосягаемыми. К первую же клетку-купол мне пробраться не удалось – слишком высокий парапет окружал ее и не было никакой возможности войти, зато во второй меня ждала удача…
Туда я проник по лестнице и оказался в раскуроченном здании, полном гнутой, рванной и давленной металлической дряни, годной теперь только в утиль. Метка горела в другом конце помещения, куда просто так проникнуть было невозможно. Разметав новонайденным оружием – базукой (быстро перезаряжающимся гранатометом, как мне показалось наилучшим средством для борьбы с группами противников) банду огнегуров, мне пришлось довольно-таки долго разбираться в «хитросплетении» окружающего меня развала, поползать и попрыгать, ежеминутно рискуя рухнуть вниз и разбиться. И все же я получил вознаграждение выше ожидаемого: не только до отказа набил патронташи и карманы боеприпасами, но и, взобравшись на самый верх по металлической лестнице, нашел там новое оружие! Это были тесла (или, по простому, электромёт) и набор энергетических ячеек к нему, а так же – бронебойная снайперская винтовка (разработка специального оружейного цеха VS, крупнокалиберное оружие, обладающее высокой пробивной способностью и дальностью стрельбы).
Соблюдая предельную осторожность, я спустился с этими трофеями вниз и вскоре нашел путь к метке, «погасив» которую, выбрался на мост…

12. Большой купол
На мосту меня атаковали несколько транспант, а потом внизу возникли четыре гренадиллы. Хорошо еще, что вокруг было много ящиков, спрятавшись за которыми, я из относительной безопасности перестрелял швыряющих гранатами тварей. Однако самый большой купол с клетками, по словам Куэйда «должный взлететь на воздух», остался неповрежденным. Презрев страх, я решил войти внутрь и довершить дело минеров.
Само по себе здание оказалось разделенным на три, соединенных скобчатыми лестницами, яруса: верхний, средний и нижний. Я последовательно обошел их все, то и дело отстреливая с безопасного расстояния электрен и траспант, пока не нашел брешь в одном из разорванных проволочных перекрытий.
Через нее, я проник в самое сердце купола – нечто напоминающее внутренность атомного реактора, но, конечно, таковым не являющееся. Там я увидел развешанные по кругу, соединенные проводами детонаторы, почему-то не сработавшие. Не сразу мне удалось обнаружить в чем причина: оказалось какая-то электрена свои телом разорвала главный провод, ведущий к взрывателю! Припомнив свои познания в монтерском ремесле, я соединил концы, замкнув их на трупе, рассудив, что если тварь вполне может служить проводником. После этого, я связался с Куэйдом и взял у него координаты расположения рубильника.
Внезапно «реактор» заработал, расколов молнией одну из секций пола, и я свалился вниз. Там было четыре раструба, откуда выскакивали электрены, уносясь в пламенном, бело-голубом столбе. Улучив момент, я запрыгнул в один из «электреноводов» и поток какого-то очень сильного электромагнитного поля, подхватив тело как пушинку, вынес меня на поверхность земли. Хотя это лишь мое предположение – я не понимаю, как это произошло, и что за силы это сделали…
Как бы то ни было, а я оказался в своего рода «вольере» - большой огороженной территории под открытым небом, где стояло с десяток запертых маленьких полукруглых ангаров. Отразив мелкую атаку нескольких электрен и одного коммандоса, я обошел территорию вокруг, подобрав боеприпасы и медикаменты из ящиков, после чего направился к входу в следующий сектор, но неожиданно для себя был атакован несколькими огнегурами и транспантами, а позже – двумя пушкомишками. С последними пришлось немного повозиться, так как бронированные почти полностью они были не легкой мишенью…
Вокруг снова не было ни души и целые штабеля разбросанных то здесь, то там ящиков с боеприпасами и аптечками… явные признаки засады. И точно, не успел я толком все обойти и погасить метку, как на меня налетела настоящая орда электрен, сотни полторы никак не меньше! Хорошо еще, что я успел вовремя спрятаться за разрушенными бетонными парапетами и металлоломом у входа в какую-то небольшую пещеру. Оттуда, как русский солдат в Сталинграде, я вел прицельный огонь по все прибывающим и прибывающим тварям. Ни одна из них меня не достала, так что все это можно с равным успехом назвать как тиром, так и бойней, лишь одно меня смущало – быстро заканчивающиеся патроны. Но я себя утешал тем, что рядом, в круглой долине полным-полно ящиков, так что все обойдется, тем более что тяжелую технику (базуку и тесла) я не использовал.
Но вот последняя электрена сдохла, и я смог вплотную заняться пятью пушкомишками, охраняющими выход из моего укрытия. Вот здесь мне пригодились снайперская обычная и бронебойная винтовки, так как снаряды из базуки оказались практически бесполезны против этих тварей. Подползая так, чтобы засечь в прицеле их расположение, но самому стараться не высовываться, я бил наверняка, целясь в малочисленные, не защищенные броней места.
Затем я снова обошел все вокруг, подбирая боеприпасы, пока полностью не зарядился, и только после этого вернулся к своему «доту»… Внезапно, непонятно откуда взявшийся носорогер пронесся мимо меня (я едва-едва успел отскочить!), разломал, казалось непроходимое месиво бетона, балок и металлических прутьев и погиб в огне от взорванных им же бочек бензина. Я пошел за ним и в маленькой комнатке справа нашел взрыватель, по нажатию на который большой купол разлетелся на мелкие кусочки...

13. Чудовище
Я снова вышел наружу, но не успел пройти и половины расстояния до новой метки, как огромная бетонная стена рухнула, и в пролом забралась гигантская, страшенно вида тварь! Она чем-то походила на огромнейшего быка, или скорее буйвола с миниатюрной головой и телом, наверное, метров десяти как в длину, так и в холке. На хребте у нее была укреплена пушка, стреляющая огненными шарами, по спине и «плечах» - длиннющие шипы, а на груди – огнемет, в несколько раз превосходящий силу огнегуровского!
Не медля ни минуты, я, подхватив базуку, начал носится кругами и непрерывно стрелять по чудовищу, с самого начала заметив, что ее снаряды не самонаводящиеся и летают только прямо. Мне понадобился весь боекомплект, чтобы завалить гада, но…
Внезапно тварь «сбросила» шкуру и оказалось снова полная сил и разрушительно мощи! Теперь на меня двигался трещащий электрическими разрядами стальной и явно бронированный скелет. Пришлось снова начать забег наперегонки со смертью. На этот раз я палил из М-60, а потому не мог вести огонь слишком прицельно, но и этого хватило. Тварь рухнула на землю и… разделилась на две половины!
Я на миг застыл, как громом пораженный! Да что ж это за такое?! Мне его что – стружить или шинковать прикажите?!! В ярости я набросился на переднюю часть, стреляя из М-16 по голове, в то время, как задние ноги отбежали и пока затаились в зарослях. Добив переднюю часть, что, кстати, было не слишком сложно, так как тварь упала на грудь, а значит, огнемет не могла использовать, я взялся за ноги, где была укреплена пушка, правда, не большая и не слишком опасная, почти как у медведей…
Вскоре вся тварь подохла, и я, едва переставляя ноги, поплелся (не сказать пополз!) к россыпи аптечек. Затем, основательно отдохнув и подлечившись, я снова набрал боеприпасы, вскрывая ящики ножом, и пошел «гасить» очередную метку. Пройдя в разлом скалы (не тот, куда въехал носорогер), я оказался внутри помещения, чистого и уставленного по краям какими-то энергетическими, слабо светящимися снизу установками…
От них я прошел в лифт и поднялся наверх, а из него, снова пройдя через маленькую комнату с генераторами, вышел на поверхность какого-то большого, полуразрушенного моста. Мне сразу показалось, что совсем недавно это был монорельс или что-то вроде подвесной дороги, так как энерголиния располагалась подвешенной наверху, а две глубокие бетонные колеи, видимо, для каких-то очень больших вагонов – внизу...

14. Признание генерала Догстоуна
Я пошел по так сказать перрону, вдоль борозд, не спускаясь вниз, хотя имел такую возможность благодаря скобчатым лестницам, пока не получил по радио вызов Догстоуна. Из его речи стало кое-что понятно: профессор Морхед (старик из моих галлюцинаций?), создатель всех этих тварей, поставил генералу странный ультиматум: либо я прибуду на Сорео, либо он выпустит на волю всех своих мерзких и смертельно опасных монстров!
Догстоун попытался убедить профессора, что я на месте, но не смог (видимо, старик не поверил), Так что теперь мне придется присоединяться к генералу, как это уже сделал отряд Куэйда. Так же он сообщил мне, что для охранников острова я все еще «враг», поскольку не авторизирован, так что на помощь могу даже не надеяться. Мне показалось странным, почему генерал не может просто приказать своим людям не стрелять в меня, но переспрашивать не стал. Что ж, в одиночку, так в одиночку, не привыкать…
Я пошел дальше и в месте, которое вполне могло бы быть грузовой станцией, был атакован неизвестным мне ранее противником. Это были почти те же самые гиены (хотя, нет, скорее шакалы), только не пятнистые, а ровно буро-коричнево-песочного цвета шкуры и уж очень человекообразные. Они стояли и уверенно держались на задних лапах, а в передних сжимали тесла-оружие, которым пользовались с немалой сноровкой. Сразу было видно, что эти энергаши (как я их прозвал, сократив слова «энергетический шакал») достаточно умны, разбираются в примитивной тактике и стратегии, однако в них присутствует некая трусливость, присущая виду, которую, видимо, так и не удалось подавить: энергаш не рискует атаковать один, предпочитая держаться других особей своей группы. Кроме того, расправившись с тварями, и внимательно рассмотрев трупы, я смог убедиться в наличии многочисленных имплантантов и вживленных кибернетических механизмов, делающих тварь живучим, хитрым и еще более мерзким противником…
Как бы то ни было, а, разобравшись с ними и включив панель управления грузовой площадкой, я спустился вниз, после чего пошел на новую метку, то и дело отстреливаясь как от энергашей, так и от коммандос; при этом и те и эти стреляли в меня и друг в друга. Мне пришлось обходить наскоро сооруженные охранниками баррикады из ящиков с патронами и медикаментами, то подниматься на холмы и прятаться от нападающих за разрушенными бетонными парапетами, то спускаться в узкую долину, пока я не дошел до больших ворот, открыть которые смог только лишь найдя неподалеку рубильник…
Но в сами ворота пройти оказалось не так-то просто – вдалеке, на башне внутренней стены, охватывающей какой-то комплекс зданий, устроились несколько пулеметчиков, простреливающих всю местность вокруг. Так что мне пришлось, перебегая от наваленных кучей ящиков к толстым деревьям, уворачиваясь от них, да еще стрелять в то и дело появляющихся энергашей, как раз в это время решивших пойти на штурм человеческих укреплений. Мне повезло: добравшись до подходящего места и улучив момент между атаками тварей, я смог убить пулеметчиков (сделал бы это сразу, но у меня как назло кончились патроны к снайперской винтовке!), после чего, с холма спокойно перешел на внутренний периметр стены и забрался внутрь, спеша на соединение с Догстоуном…

15. Дорога в видео-центр
Выйдя из бункера, где, кстати, обнаружил довольно-таки большой склад боеприпасов и оружия, я пошел между десятком эмиттеров, разбросанных на небольшом, огороженном пространстве. Почти сразу дорогу мне преградили коммандос, так что мне пришлось открыть по ним огонь, почти жалея этих ребят, слепо верящим только своим приборам… Во все установки я смог зайти, кое-где подзарядиться и поправить здоровье небольшими аптечками.
Выйдя из «энергозоны», я оказался по другую сторону взорванного моста, увиденного мною еще со входа в периметр, и здесь получил новое радиосообщение от Догстоуна. Он приказал пройти в видео-центр связи, где показать себя профессору по единственному каналу, удерживаемому людьми генерала. Однако внезапно сорвавшийся с высоты огромный радарный щит перегородил проход, так что пришлось идти через бункер, где засело с полдюжины коммандос. Убив их и поднявшись по лестнице, я выбрался сначала в переходник, а оттуда, расстреляв несколько энергашей, наружу.
Затем я обошел вокруг большое конусообразное сооружение и взобрался на него по разломанным ступеням бетонной лестницы. Убив четверых дозорных коммандос и примерно столько же энергашей, я «погасил» метку, после чего спрыгнул в люк, а потом, пройдя по небольшому коридору, еще в один.
Там я прополз по коридору, то и дело уклоняясь от струй раскаленного пара, и, добравшись до площадки, выбил решетку в полу. Еще сверху расстреляв коммандос, я, спрыгнув вниз, оказался на небольшом помосте, где обнаружил рубильник. По нажатию открылся еще один люк, спустившись в который и надавив на панель, я открыл дверь в самом дальнем конце коридора. Едва-едва успев до нее добежать (пришлось даже перекатится по земле, чтобы проникнуть за автоматически закрывавшуюся дверь!), я попал в большой круглый ангар, где явно неисправная энергетическая установка била молниями куда попало. С другой стороны это мне помогло, так как бросившиеся меня ловить коммандос попали под эти самые молнии, не пришлось даже тратить патронов. Потом, оббегая вокруг, прижимаясь к стене и этим хоть как-то защищаясь от разрядов, я «погасил» метку и спустился на люке-лифте вниз, подальше от этого страшного места, и, вскоре, тем же путем, выбрался на поверхность земли…
Я оказался у большого, но невысокого крытого решеткой помоста, обвешанного какими-то непонятного назначения щитами. Лишь через некоторое время, обойдя их, я понял, что это всего-навсего мишени, а помост – стрелковый тир. Кстати, рядом, огороженные друг от друга решетчатыми стенами, стояли еще три точно такие же площадки.
Я сам обожаю стрельбища и бывало просто пропадал там, с наслаждением всаживая пулю за пулей в приклеенный к доске листок, но на этот раз сам оказался мишенью! Из бойниц в меня палили коммандос, получившие лишний урок стрельбы, а по бетону бегали энергаши, добавляя мне проблем. Так что перебить их всех было не столько тяжело, сколь хлопотно…
Наконец, сделав это и разметав гранатой баррикаду из ящиков, я выбрался наружу, откуда, «погасив» метку, прошел по целой системе металлических лестниц, площадок и пандусов на вершину огромного купола видео-центра. Здесь мне пришел радиовызов от Догстоуна: он велел двигаться к телебашне, а из нее – прямо к нему с Лаймом Куэйдом.
Выполняя приказ, и по дороге убив четырех коммандос, я дошел до заграждений из колючей проволоки, перелез через них и попал в бункер. Спустился к лифту и с его помощью поднялся почти на макушку трансляционной вышки (правда, до самой вершины пришлось добираться по скобчатым лестницам). Однако мне нужно было на другую башню, так что пришлось, предварительно перестреляв из снайперской винтовки охрану, шагать по тонкому проводу над бездной, балансируя как заправский канатоходец!
Слава богу, я благополучно добрался до места назначения, сразил из М-16 еще двух коммандос и принялся спускаться, сначала по лестнице, затем – эскалатором, а в самом конце – на люке-лифте прямиком в видео-центр…

16. Безумный профессор Морхед
Войдя в большой круглой зал, я сразу увидел нескольких охранников и тут же покрепче ухватился за свою верную «эмочку», но они, подчинившись прямому приказу генерала, не стали в меня стрелять. Сам же Догстоун вместе с Куэйдой стояли у настенного экрана с которого на меня смотрел сидящий в странном, металлической кресле… старик из моих галлюцинаций! Он был, как мне показалось, неимоверно стар, но очень крепок и жилист, его лицо пересекали сотни морщин, а бритая наголо голова была оливкового цвета. Одет старик был в окровавленный медицинский передник, словно его только что оторвали от какой-то операции и, как мне показалось, был… рад.
Генерал сказал, что он выполнил свою часть сделки и привел меня, после чего попросил усмирить монстров, но профессор Морхед (именно так звали старика, значит что же, мои галлюцинации реальны?!) ответил отказом. Он сказал, что «твари-недоделки» должны быть истреблены все до единой, что причиной, по которой все это случилось, явилась неуемная жажда власти генералов, взявших из изобретенных им существ только одно – быструю и эффективную машину для убийств. В то время как сам Морхед, по его словам, намеревался сотворить – не много, не мало! – новых существ для нового мира! Не подвластных людским порокам, добрых и совершенных, тех, кто заменит людей и создаст по-настоящему счастливую жизнь. А для этого ему и нужен был я, ибо во мне есть то, чего, опять же по словам профессора, не хватает его созданиям… Стало ясно, что проклятый старик полностью обезумел и более того, искренне возомнил себя богом!
Когда же он закончил говорить, внезапно нас всех атаковали с десяток энергашей. Залпами из тесла-оружия твари превратили и без того наполовину разгромленный зал просто в кошмар! Подвесные мосты обрушились, бочки с горючим взорвались, всюду запылали пожары… я, сразу начавши стрелять по монстрам, заметался, упустив момент, когда генерал и Куэйд убежали. Не хочу сказать, что они меня бросили на произвол судьбы, о, нет, скорее всего они побежали доставать нам всем транспорт, чтобы как можно скорее убраться отсюда. Впоследствии, так оно и оказалось.
Но пока мне пришлось одному отбиваться от энергашей, и странное дело: то ли я был расстроен и озадачен словами профессора, то ли твари попались особо натренированные, но двигались они значительно быстрее чем те, что попадались мне раньше, прыгали и скакали со страшной высоты без всякого для себя ущерба, вертелись под пулями, как ужи и атаковали с как можно далекого расстояния и сверху, не давая возможность где-нибудь спрятаться и стрелять по ним из укрытия. Хорошо хоть почти все оружие, кроме дробовика, конечно, доставало до них, но разряды, посылаемые в меня, были более чем болезненны…
Наконец, справившись с первой волной, я принялся пробираться по разломанным и опасно шатающимся подвесным мосткам, держа путь к единственной уцелевшей галерее. Пришлось не только очень точно рассчитывать прыжки (любое падение грозило переломами и сильными ушибами, если не смертью!), но и отбиваться от новых, правда, мелких банд энергашей, так и норовивших сбить меня вниз! Повторю, самое поразительное и опасное их свойство было умение прыгать с любой высоты без какого бы то ни было ущерба для себя, чем я, понятно, не обладал…
Наконец, выбравшись в галерею, и убил там еще четверых тварей, я получил по радио вызов от Куэйда. Оказалось, он нашел джип и теперь едет за мной. Для встречи с ним я должен был подняться вверх на лифте, что, конечно, немедленно и сделал…

17. «Нас не догонят»
Не успел я подняться и «погасить» метку, как, завернув лихой вираж и сбив при этом секцию решетчатых ворот, примчался джип с Куэйдом и генералом. Одним движением запрыгнув в него, я поехал, на манер русской тачанки, отстреливаясь от преследовавших нас энергашей. Убивал ли я их или нет – не могу сказать: мы ехали быстро, так что твари вскоре отстали, а может, в самом деле были мною перебиты…
Джип остановился у больших, запертых ворот и генерал приказал мне подняться на лифте в диспетчерскую и открыть их, пока он с Куэйдом будут сторожить машину. Отдав честь, я побежал исполнять приказание. Все проще простого – поднялся, нашел один из рубильников и опустил его – как говорится, «дерни за веревочку – дверь и откроется»…
Откуда мне было знать, что как раз в этот момент моих друзей взял в плен какой-то совершенно непонятный, страшенный монстр – вроде прямоходящего льва, торс которого пересекали две патронные ленты для пулемета! Но самое страшное – он умел разговаривать!..
Впрочем, все это я узнал потом, а пока что, расстреляв, видимо случайно загулявшего в этих краях энергаша, я выбрался на поверхность, для чего пришлось снова проехаться уже на другом лифте, ведущем вниз. Я оказался на склоне небольшой горы, внизу, прямо подо мной, светилась метка, но по собственному опыту я уже знал – здесь не бывает прямых дорог… и точно: Внезапно я подвергся атаке совершенно нового вида монстров Морхеда! Эта тварь очень напоминала гепарда, бегающего на двух задних лапах, а передними, с титановыми насадками в виде длинных когтей, бьющая наотмашь как какой-то каратист. Почти сразу же мне пришлось вступить в бой еще с десятком гепёрдов (немного неприличное, конечно, название, но я был просто в бешенстве!), слава богу, появляющихся не все разом. Очень скоро я понял, как с ними бороться – расстреливать из пулемета, стараясь не подпускать близко к себе, так как оружия дальнего боя гепёрды не имели, в то время как титановые когти и усиленные передние лапы не дадут жертве никаких шансов в поединке.
Таким образом, расправившись с новыми врагами, я, спустившись с отрога и «погасив» метку, прошел до входа в подземный бункер; у валявшегося рядом трупа коммандос подобрал ключ-карту и вскоре, оказавшись в узком бетонном коридоре, вступил в бой с десятком коммандос. Один из них умирая сжимал что-то в кулаке – это оказался еще один ключ, отняв который, я спокойно выбрался в небольшое круглое помещение, где по стена радиально шли несколько складских помещений, а в центре стоял странной конструкции двойной лифт… Впрочем, долго разбираться с ним я тогда не мог: здесь, кроме всего перечисленного, было с полдюжины коммандос, так что я занялся сначала ими… и только после этого поднялся в одной кабинке лифта на верхний ярус, а потом, пересев в соседнюю кабинку – еще выше, где и «погасил» новую метку.
Далее мой путь лежал вниз по лестнице, но оказалось, что он ведет к маленькому подъемнику в дзот, расположенный на поверхности. Ничего особенного, кроме одного охранника, ящиков с патронами и нового рисунка Леонардо да Винчи (на этот раз изображающий какой-то пейзаж) там не было. Так что мне пришлось выбираться оттуда и идти к двери, открывающейся с консоли. Пройдя немного вперед, я попал в крестообразную систему длинных коридоров, по обеим сторонам которых шли небольшие технико-складские помещения, по большей части запертые, но попадались и открытые.
То и дело вступая в перестрелку с мелкими отрядами коммандос, я шаг за шагом обошел все коридоры, попутно подзаряжая оружие и поправляя здоровье, пока наконец не нашел нечто вроде большой двери сейфа, куда, однако смог протиснуться (если не ошибаюсь, это было в последнем помещении справа, если идти в правый коридор от метки). Выбравшись таким путем наружу, я попал на самый краюшек минного поля. Поэтому, точно зная, что под самыми отрогами гор мин не кладут, двинулся в этом направлении. Так, идя словно по стенке, я прошел от одного дзота (может, того самого, где успел побывать изнутри) к другому, а оттуда – в небольшое ущелье, над которым нависали конструкция, напоминающая разрушенный мост. В дороге обошлось без приключений, разве что лишь раз на меня напали несколько гепёрдов…

18. Горная база
Тем временем наступил вечер. Взошла луна, но пока было еще достаточно светло, так что я разглядел, что конструкция надо мной, - принятая издали за разрушенный мост, - на самом деле сложная, запутанная система из десятков навесных мостов, площадок, переходных тоннелей и толстенных пучков кабелей… Впрочем, пока я мог на нее смотреть только снизу вверх.
Как только я вышел из ущелья, генерал о радио мне сообщил, что их с Куэйдом захватили в плен какие-то зверюги, и что верховодит ими чудовищный король-лев. Пока я ничем не мог помочь своим друзьям, так что пришлось, перепрыгивая с одного горного уступа на другой, добираться до новой метки… Дело это было не безопасное, но я справился.
Потом Догстоун снова вышел на связь. Он сказал, что, судя по его скан-карте, я нахожусь на горной базе баранов (правда, не объяснил что он имеет в виду), и прибавил, что там есть площадка с грузовым вертолетом. На нем мы вполне можем спастись и улететь с этого проклятого острова, а там пусть хоть сам Совбез ООН решает, что делать с Морхедом и Сорео, нас это уже не касается!
План мне показался хорошим, по крайней мере, это было хоть что-то реально осуществимое. Так что, не медля ни минуты, я зашел в большую пещеру и нашел лифт, на котором поднялся наверх. Здесь меня атаковал новый враг: нечто прямоходящее, издали почти человек, в куртке с патронташем… но с бараньей головой, увенчанной загнутыми вниз рогами, что придавало твари вид настоящего дьявола! Честно скажу, до этого времени я считал, что бараны тупые и безобидные животные, как те, о которых бабушка рассказывала сказки на ночь. Не приведи бог еще кому-то недооценить это создание! Бойран (так я назвал этих тварей, искренне жалея, что к ним не применимо слово «козел») не только быстрее и сильнее человека, не только превосходно обращается с оружием и силен в рукопашном бою, он еще и умнее! Умеет прятаться в засаде, стрелять с колена, лежа, уклоняться от пуль, двигаться боком и кувырком! Словом, весьма непростой противник. Не знаю даже, почему ему дали в лапы только дробовик, сделав из этого «ахиллесову пяту»! Быстро оценив силу и слабости бойранов, я понял – их надо расстреливать с дальнего расстояния и оружием помощнее…
Расправившись с тремя тварями, я встал перед выбором – идти прямо по коридору или вокруг. Я выбрал второе и вскоре дошел до технического помещения, откуда поднялся наверх по лестнице в круглое, небольшое помещение (вроде центра связи или чего-то измерительно-электронного, так там было много приборов и экранов на панелях). Здесь разгуливали три бойрана, убив которых, я по узкому коридору почти прополз в другое, точно такое же помещение, а оттуда – еще в одно. Всюду я вступал в перестрелку с бойранами, сначала забрасывая их гранатами. Кстати, в последнем помещении я нашел новый вид оружия – спаренный дробовик (новейшая разработка штурмового ружья специального оружейного цеха VS, хоть и потребляет в два раза больше патронов, но дает неимоверно убойную силу, являясь наилучшим оружием ближнего боя).
Так я добрался до метки, «погасив» которую, оказался в длинном, идущем по кругу коридоре. Только отсюда, через решетчатые заграждения, я увидел, куда бы меня привел путь, по которому я не пошел с самого начала, из лифта…Здесь же я нашел дверь, открываемую с консоли, и попал на мост. С большого экрана ко мне обратился сам Морхед. Он призывал меня не идти к генералу, говорил, что Сорео – это моя земля обетованная, мой дом и моё будущее, но я, не слушая опасного безумца, прошел дальше. Мне пришлось пробираться по лестницам, мосткам и крытым тоннелям, то и дело отстреливаясь от бойранов, которых успел возненавидеть всей душей за их живучесть и злокозненный ум, пока не попал в комнату, центр которой почти полностью занимал сложной конструкции лифт. Он повез меня на второй этаж, но две двери найденные там не открылись – у меня не было доступа в эти помещения. Пришлось ехать выше.
Там, убив примерно с десятка полтора бойранов в разных помещениях, на мостках и площадках, я дошел до вертолетного ангара и… о, какое разочарование! Нет, настоящая катастрофа! Кто-то, преследуемый тварями, вскочил в вертолет и поднял его в воздух, стреляя из пулеметов, закрепленных под днищем, но, убитый вспрыгнувшим на лобовое стекло бойраном, рухнул в пропасть! Огненный взрыв и гулкое эхо – вот и все, что осталось от нашей с друзьями попытки спастись…

19. Новая надежда
У генерала, довольно-таки быстро оправившегося от шока, когда узнал о крахе своего плана, появилась новая идея. Но пока он ее обдумывал до конца (видимо, советуясь с Куэйдом) я продолжил путь к вертолетной площадке, хоть она сейчас и была абсолютно бесполезной. Мост взорвался при атаке на вертолет, так что пришлось искать обход. Из ангара я попал на длинный мост, где бойраны вели отчаянную перестрелку с коммандос, поэтому мне легко удалось убить их всех из снайперской винтовки. Люди-охранники в меня пока не стреляли, просто не замечая из-за баррикады ящиков, но я понимал: однажды придется вступить в бой и с ними. Поэтому, нигде не задерживаясь надолго, с боями, перестреляв с дюжину бойранов и примерно в половину этого числа коммандос, я пробирался через всё такие же мосты, решетчатые фермы и площадки, пока, открыв последнюю дверь, не вышел на вертолетную площадку.
Здесь генерал снова вышел со мной на связь и посоветовал найти какую-то антенну. Что он имел в виду, я тогда не понял, но привыкший ориентироваться по меткам, и на этот раз не изменил этому правилу, решив доверится им…Неожиданное препятствие преградило мне дорогу – хода с площадки не было, разве что только назад. Я лишь заметил, что если по прикрученному к креплению тросу пробраться к крюку от грузоподъемной стрелы, а потом как-то отвязать этот самый трос, то, раскачавшись, можно перелететь пропасть, как Тарзан и спрыгнуть на другой мост в дальней конце… Рискованно, очень рискованно. Малейшая ошибка – и я лечу головой вниз в тошнотворную бездну, но другого пути у меня не было. Поэтому всё очень тщательно рассчитав, я перелетел на мост, приземлился и сходу расстрелял трех бойранов.
Стало полегче, однако, мой путь еще не был закончен. Не успел я «погасить» метку, как генерал приказал мне активизировать антенну на крыше. Пройдя в лифт по небольшому, заваленному ящиками мосту, я поднялся на самый верх. Догстоун руководил моими действиями, поэтому я легко направил сигнал с антенны, дав тем самым приказ его личному, полностью автоматически управляемому вертолету подняться в воздух из ангара и лететь к какому-то Храму «в конце транспортной ветки», как сказал обрадованный генерал. Я же получил приказ как можно скорее покинуть баранью базу.

20. Бойраны и коммандос
Больше у антенны делать было нечего, поэтому, пройдя в первый же ангар, полный странных приборов и бойранов, я перестрелял тварей, а оттуда спустился на крышу бочкообразного здания. Судя по расположению метки, мне нужно было в точно такое же, но другое, куда легко перебрался, скользя по проводам. Оказавшись на крыше, я спустился по длинной лестнице в помещении энергостранции, очень похожей на ту, что встретилась мне в самом начале пути. Те же конденсаторы, спирали нагревания, обводы и решетчатые фермы, но здесь, кроме всего, еще патрулировали три бойрана. Убив их сверху гранатами, я принялся спускаться, затем, идя по полукруглому коридору, завалил из спаренного дробовика еще пятерых.
Отсюда вели две двери, но одна выходила только на обломок моста, зато другая – на целый, откуда путь раздваивался. Я пошел направо, но дверь в конце оказалась запертой, пришлось вернуться, и идти, преодолевая отчаянное сопротивление десятка полтора бойранов, через несколько смежных помещений, плавно перетекавших в нечто, очень похожее на производственные цеха (по крайней мере там в несколько рядов тянулись станки с сидячими местами), пока не попал на заваленный штабелями ящиков склад. Там я сел на медленно идущий грузовой лифт и поднялся в коридор, убил трех бойранов и «погасил» метку.
Далее, по длинному мосту я добрался до маленького круглого помещения, где устроили засаду четверо рогатых тварей, и оттуда – в большой, длинный и узкий ангар, возможно, когда-то служивший депо монорельса, а может, и нет… Уже совсем было собравшись пойти по нему, я вовремя сообразил, что есть же еще один выход и решил сначала обследовать другую часть мостов, куда бы они не вели. Так мне пришлось пройти через еще три таких же круглых помещения, как первое, всюду убивая по нескольку бойранов. Лишь только оказавшись в тупике, я вернулся обратно в ангар.
Здесь мой путь лежал прямо, мимо штабелей и баррикад из ящиков и бочек с горючим. Но почти сразу на меня напал отряд коммандос спереди, а потом к ним присоединились бойраны сзади, так что пришлось изрядно попотеть… хорошо еще, что вокруг было много ящиков с боеприпасами и аптечками. Помещение все тянулось и тянулось, казалось, ему конца не будет, но вот впереди забрезжил лунный свет и я оказался у последней баррикады, преграждающей выход. Позади осталось с десятка два трупов коммандос и примерно столько же дохлых тварей.
Из укрытия я видел, что до ворот с базы надо еще дойти: впереди располагалась большая площадь, на другом конце которой я явно различил засаду – с полдюжины коммандос, причем, обычным оружием их с такого расстояния снять почти невозможно, а патроны к снайперской винтовке как назло закончились! Пришлось начать новый забег на перегонки со смертью: то и дело прячась за штабелями ящиков, уворачиваясь от пуль и сам почти непрерывно стреляя из импровизированных укрытий, пересечь площадь и остаться при этом в живых. Когда же мне это все-таки удалось, из раскрытых ворот выскочило пять бойранов, но они были еще слишком далеко и нашли смерть от моей верной «эмочки»…

21. Утро нового дня
Занятый боями и поиском выхода с базы бойранов, я не заметил, как пролетела ночь. Взошло солнце, и просто свалившись на траву как подкошенный, я проспал несколько часов, успев помолиться лишь о том, чтобы за это время меня никто не нашел. Вскоре я проснулся, свежий и отдохнувший, справил нужду, позавтракал сухим пайком, перезарядился и пошел дальше…
К счастью идти пришлось не долго. Я заснул почти прямо у большой грузовой вагонеткой, сев в которую, однако, не нашел пульта управления. Но размышлять было некогда: колымага стронулась и понеслась по рельсам, да так лихо, что даже перелетела через разрушенный мост! Однако, радоваться нечему – хотя электрические разряды, которыми меня обстреляли энергаши, не достигли своей цели, на каком-то этапе ко мне спрыгнули шестеро гепёрдов… Только расстреляв их из спаренного дробовика (в данной обстановке оружие дальнего боя счел неуместным), я заметил, как на другом конце моста бойран что-то мудрит над рычагами пульта управления. Нехорошее предчувствие овладело мной – и не напрасно! Перед вангонеткой раскрылся люк, куда она и свалилась, а я, сильно ударившись о чугунный каркас, видимо, на какое-то время отключился…
Очнувшись и послав проклятие «козлам вонючим», я огляделся, и нашел, что новая метка не так уж и далеко, да вот только дорога туда оказалась довольно-таки трудной… Не успел спуститься с холма, как попал под обстрел патруля из трех энергашей, потом на меня напала стая гепёрдов, после чего атаки шли практически одна за другой. Я едва только успевал отстреливаться от мелких шаек монстров, действовавших иногда порознь, а иногда вместе.
Наконец, когда этот кошмар хоть немного утих, а сам я взобрался на холм и «погасил» метку, мною овладело самое настойчивое желание связаться с генералом и потребовать объяснений. Он ответил, что я уже бывал на этом острове… найденышем, единственным спасшимся с затонувшей шхуны. Значит, мои «видения» были не обычными глюками от усталости и обилия крови вокруг… Догстоун подтвердил, что отнял меня у Морхеда, вывез на материк, а потом, спустя много лет, началось восстание тварей, и верховодит ими король-лев, которому безумный профессор дал немного власти над своими сородичами, лучшее орудие и даже научил говорить…
Внезапно рассказ генерала был прерван нападением новой банды энергашей, расстреляв которую, я спустился в долину, заваленную руинами. Догстоун сказал, что, дистанционно управляя вертолетом, разрушил деревню зверей… зачем он это сделал? Ведь этим генерал только раздраконил их еще больше, а отдуваться – мне! Так и получилось. Здесь, между руин и предательской зелени джунглей я с большим трудом выдержал бой против двух десятков энергашей, гепёрдов и бойранов, сбежавшихся со всех сторон…Сам не понимаю, как я выкрутился, израненный, растерявший почти весь боекомплект, но выжил всем врагам назло!
Основательно подлечившись и собрав трофеи из ящиков, которых здесь, кстати, было довольно-таки немного, я взобрался на тот конец моста, откуда гад-бойран спустил вниз мою вагонетку. Убив их патруль, я, разобрав завалы изрешеченных ящиков с оружием и медикаментами, взошел на другой, смежный мост и вот тут-то начался настоящий кошмар! Сначала меня атаковала банда гепёрдов, примерно особей двадцать, если не больше, причем, бежавших на меня с обеих сторон. Отбившись и придя в себя от шока, примерно на середине моста я попал в новую западню – со стороны, откуда я только что пришел, налетела примерно такая же стая гепёрдов, а спереди по мне открыли огонь энергаши! Времени почесать в затылке у меня и то не было, так что я потратил все гранаты на преследовавших меня тварей, а потом, перекатываясь по бетону, перебил стрелков. Так, снова полуживой, я добрался до конца моста…

22. Вертолет над Храмом
Догстоун, выйдя на связь, сообщил, что вертолет завис над Храмом, но твари того и гляди его захватят, так что мне не помешало бы поторопиться! Я и сам был рад как можно скорее сбежать с Сорео, и больше никогда в жизни не то что сюда, а на любой другой остров в любом другом океане носу не казать.
Однако до вертолета еще нужно было дойти… завернув за холм, я увидел, как не далеко от похожего на исполинскую, бочкообразную ракету здания остановилась точно такая же вагонетка, на которой недавно ехал сам. Не ожидая ничего хорошего, догадавшись, что это прибыло подкрепление, я, как только открылись двери, открыл огонь из базуки по находившимся там тварям. Так мне без всякого риска для себя удалось уложить с десятка полтора энергашей.
По дороге в Храм (как я правильно догадался – эта махина и была Храмом… уж не тем ли, который, по словам Морхеда, монстры создали для себя сами?) меня никто не атаковал. Вертолет был уже там: он висел, не глуша моторы, над большой скалой с плоской вершиной, поднимавшийся разлома, пышущего лавой. Но как только я вошел, из других входов в Храм вбежали гепёрды и энергаши. Правда, напали на меня только первые, а трусливые кибер-шакалы поспешили сесть парами в грузовые платформы и подняться куда-то наверх. С одной из таких платформ мне удалось сбить гадов, так что на ней я поехал сам.
Но тут же генерал поднял вертолет намного выше, не дав таким образом, монстрам Морхеда захватить, или, - что намного хуже, - уничтожить его! Пришлось и мне, расстреляв бойранов на площадке, найти лифтовую шахту и подняться вслед за вертолетом. Он был почти совсем рядом, но пока вне досягаемости, так что по дороге к выдвижному мосту пришлось вступить в перестрелку с несколькими энергашами и бойранами. Наконец, я обнаружил рубильник, удлинивший мост, и, пробежав по нему, запрыгнул в вертолет! Спасение казалось таким близким, что я расплакался…

23. Сам погибай, а товарища выручай!
Не знаю, что с ним случилось, но вместо того, чтобы просто сесть на новой площадке, вертолет некоторое время над нею кружил, «предоставляя» мне расправляться с воздуха с мечущимися внизу бойранами, энергашами и гепёрдами. Как не странно, генерал на этот раз не оказал мне помощи, а ведь, наверняка, мог бы приказать машине открыть огонь из пулеметов… хотя, может, весь боезапас ушел на деревню тварей?
Впрочем, гадать не было никакого смысла, впереди меня ждала важная и чертовски опасная миссия – спасти генерала и Лайма Куэйда из лап созданий Морхеда. Соскочив с вертолета, подзарядившись и слегка поправив здоровье, я подошел к входу в бункер, и как только получил пеленг от моих друзей, как он раскрылся, выпустив на меня трех энергашей. В другое время, зная что они там, я бы забросал тварей гранатами, но доставать их не было времени. Пришлось воспользоваться спаренным дробовиком…
Я вошел внутрь и сразу понял, что вниз так просто не спуститься: в шахте было два лифта, но один внизу и поднять его нет никакой возможности, а другой – застрял так, что я только и мог, что влезть ему на крышу… По счастью, рядом, в закутке стояла лестница наверх, забравшись куда, я обнаружил устройство вызова лифта. Нажав на рубильник и спустившись вниз, я был атакован несколькими прибежавшими с площадки энергашами (не знаю откуда они взялись), а в лифте приехали два бойрана, так что бой был хоть и короткий, но жаркий…

24. Встреча с королем-львом

Наконец, расправившись с тварями, я спустился на лифте вниз. Пока ехал, на крышу решетчатой кабины спрыгивали три бойрана, но это было их роковой ошибкой – отстреливать яйца удобнее именно снизу вверх! Приехав, и перебив охрану из еще четырех рогатых уродов, я остановился на распутье – две двери, обе открываемые с консоли отпечатками руки, но какую выбрать? Ответ пришел сам собой – одна из дверей не открылась, зато за второй, убив двух бойранов, я нашел Догстоуна и Куэйда.
У нас не было времени долго обниматься, да и как только я вошел в их камеру, сразу поднялась тревога! Мои друзья оказались, естественно, безоружны, так что путь обратно к лифту пришлось прокладывать мне одному. Перешагнув через трупы трех бойранов, они вбежали в подъемник, но хитроумная защита не позволила запустить его во время тревоги. Я пошел искать способ отключить сигнализацию, и вскоре нашел это место – в казарме бойранов! Перебив выскочивших из коек по тревоге монстров, я нажал на кнопку, и сирена стихла, но в этот момент на безоружных, подверженных много большей опасности, чем я, генерала и Куэйда напали несколько тварей, прибывших на другом лифте. Так что моим друзьям пришлось срочно уезжать, пообещав лишь дождаться меня наверху, уже в вертолете.
Ничего не поделаешь, пришлось выбираться в одиночку. Я перебил нападавших бойранов и пошел по винтовой лестнице, находившейся сразу за ранее не открывавшейся дверью. Наверху, в аппаратной, на меня напали два гепёрда, а еще выше, куда я забрался по длинной лестнице, я выдержал бой с целой стаей гепёрдов, словно того и ждавших. Впрочем, противники они были не очень серьезными – всего и делов-то подождать, пока приблизятся, но не слишком, и палить промеж глаз из спаренного дробовика… из него же застрелил двух бойранов, поспевших к «шапочному разбору».
Наконец я выбрался наружу. Почти сразу подлетел вертолет, но не смог сесть и подобрать меня с этого места. Куэйд велел спуститься ниже, к ровной площадке, но тут произошло то, чего я никак не ожидал – генерал застрелил Лайма из, как оказалось, все это время бывшего у него пистолета! И вертолет – единственная надежда на спасение – улетел!
Едва придя в себя от шока, я, не имея другого выхода, принялся спускаться по системе металлических, скобчатых лестниц вниз, пока не оказался посреди большого, накрытого полуразрушенным куполом места, уставленного несколькими огромными саркофагами…
В этот момент раздался нечеловеческий, рыкающих голос, хрипло, с каким-то внутренним надрывом произносящий слова, и, посмотрев наверх, я увидел… короля-льва, стоящего на бетонном перекрытии над трупом Куэйда. Одновременно из небольших ворот выехала вагонетка монорельса. Ближайший ко мне саркофаг раскрылся и из вагонетки высыпались мертвые тела солдат…
А король-лев говорил тем временем о том, что вот уже 10 лет сюда, на Сорео, «в зону военного конфликта» присылают все новые и новые отряды солдатского «мяса» для тренировки кровожадных монстров Морхеда. Под конец, он предложил мне найти генерала и привести зверей к нему, резонно полагая, что в этом наши с ним цели совпадают…

25. На войне – как на войне
Сказав это, король-лев спихнул в общую могилу-саркофаг труп Куэйда и одним прыжком скрылся из виду, а я, которому теперь почти все стало ясно, тяжело вздохнув, спустился за трупом своего боевого товарища вниз, но, увы, не смог его вытащить и похоронить достойно…
Отдав честь павшему, и поклявшись отомстить генералу-предателю, я выбрался наружу и пошел на новую метку, еще издали слыша какую-то канонаду и длинные пулеметные очереди. Решив, что рядом снова завелись греналдиллы, пробираясь осторожно и всякий раз пригибаясь к земле, я добрался до долины, куда действительно время от времени падали снаряды. Но, как выяснилось, твари были здесь почти не причем – просто совсем неподалеку шло настоящее сражение: энергаши и бойраны атаковали систему дотов и полевых укреплений. Впрочем, пока я дошел до спуска в первый блиндаж и траншею, пришлось выдержать три атаки гепёрдов и энергашей – уж не знаю, дезертиров с поля боя или патрульных… впрочем, не важно. Они действовали заодно, окружая меня и иногда раня друг друга, но свое дело знали, так что я хоть и победил, но был хорошо намаялся…
Только после этого я смог спуститься в траншею, кстати, сооруженную по всем правилам боевого искусства, в три наката, укрепленную бревнами и прочными, вколоченными в землю кольями. Отсюда начался мой путь по длинному лабиринту траншей, землянок, блиндажей и подземных, бетонных бункеров-коридоров, извивавшихся клубком змей среди огромного минного поля. И в каждом коридоре, в укрытиях и вне их, почти за каждым поворотом мне ждали монстры – энергаши и бойраны. А, так сказать, «на закуску», повсюду били шальные снаряды из невидимых за пороховым дымом и гарью пушек, трещали пулеметы, паля куда ни попадя, рвались мины, провода и мешки с песком, которыми обкладывали проломы в стенах… словом, на войне – как на войне…
Так, переходя из одного блиндажа или бункера в другой, то и дело открывая с панелей новые двери, и отстреливаясь чем попало от десятков нападавших на меня тварей, - кстати, в первой же землянке я нашел ППШ – пистолет-пулемет Шпагина, хорошо зарекомендовавший себя у русских во время их войны с нацистами (поговаривали, что он даже лучше, чем «шмайссер»!). Действительно, хоть у него и небольшая скорострельность, но неплохая убойная сила и кучность стрельбы, - я, наконец, выбрался из этого кромешного ада в тихое место, но здесь меня ждал новый сюрприз…

26. «Прикованный Прометей»
Из густого тумана, спустившегося на землю и почти закрывшего собою солнца, на меня с огромной высоты смотрел невообразимых размеров колосс – прямоходящих, бронированный, как танк, бык, сжимавший в одной лапище огромный пулемет, а в другой остроумно устроенный щит-ракетницу! Стоял он неподвижно, так как его ноги сковывали очень большие, тяжеленные скобы на винтах, размером с мой кулак. Монстр не проявлял никакого желания в меня стрелять, хотя вполне мог это сделать свободными руками. Он просто стоял и временами принимался тихо, даже, как мне показалось жалобно мычать.
Первой мыслью была несказанная радость, более того, настоящий припадок злорадства – так и чесались руки воспользоваться его беспомощностью и расстрелять из укромного уголка, например, устроившись сзади, между ногами! Но через мгновение стало до того стыдно собственных мыслей, что даже щеки стали цвета натертой свеклы. Он ведь беспомощный и совсем не агрессивный, как же можно его убивать – не по-людски это! Немного погодя я пошел прочь от «прикованного Прометея» (на память сразу пришла когда-то, еще в школе читанная трагедия Эсхила), и, «погасив» очередную метку на другом конце долины, уперся в высоченную стену без ворот: не пройти, ни обойти... что делать – ума не приложу, и только потом я сообразил: а может, стоит освободить чудовищного быка? Может, он сможет мне помочь? Может, он сделает что-нибудь из чувства благодарности?
Рискованно, конечно, да и как я мог его освободить? Не знал я тогда этого, точно так же, как не знал, как перебраться через стену… но пошел обратно, и только там, на месте у ног монстра понял что нужно делать! Я принялся стрелять из М-60 в крепежные болты, понимая, что дробовиком здесь не поможешь. Один за другим болты выпадали, пока, наконец, я не отстрелил все, и быстро убрался с дороги колосса, честно говоря, будучи на сто процентов уверен, что сейчас он на меня нападет. Но тот, расправив плечи и размяв затекшие ноги, сошел со своего места и направился к стене в которую принялся палить из ракетницы до тех пор, пока не пробил большую дыру. А потом, не ожидая ответной благодарности, чудовище пошло обратно, перемахнуло через горный кряж и скрылось, оглашая все вокруг громким, радостным мычанием!
Мысленно (он бы все равно с такого расстояния меня не услышал), поблагодарив «Прометея», я пролез в сделанный его усилиями разлом… В этот момент я принял по радио сообщение от Догстоуна. Предатель предложил мне остаться на острове навсегда, дескать «ты тут слишком много видел, а с таким знанием нелегко будет жить среди людей»!
Не отвечая этой сволочи, я не знал и что делать дальше. Шансов на спасение не осталось вовсе. Идти? Но куда? Зачем? Я внезапно понял, что даже злобы на генерала не достаточно для того, чтобы вывести меня отсюда… Правда, оставался еще король-лев… но он вообще не человек, можно ли ему доверять? Смешно, просто смешно, если бы не было так грустно.
Тем не менее, взяв себя в руки, я собрал боеприпасы из ящиков, валявшихся тут и там, и осмотрелся. Туман все еще не рассеялся, а, кроме того, на остров снова спустилась ночь… Пришлось идти практически наугад, только на скан-карте мигала новая цель где-то неподалеку, но пока вне досягаемости. Почти сразу же на меня напал небольшой отряд энергашей и бойранов, а потом, у входа в какое-то сооружение, я дрался еще с тремя тварями. После этого, «погасив» метку, я прошел по бетонному коридору и вышел в привокзальный ангар…

27. Вокзал
Из ангара не было дверей, вероятно, грузы поднимались на перрон только с помощью подъемных кранов. Зато множество ящиков, сложенных в пирамиду, поднимались почти к самой решетке в потолке. Оттуда спрыгнул энергаш, но я успел сбить его метким выстрелом, а потом сам забрался на ящики и полез по решетке наружу.
Надо сказать, что твари стали не в пример умнее, чем раньше: мало того, что они «научились» стрелять с положения лежа, они еще и стали выжидать, пока я поднимусь куда-то по лестнице и палить в меня, еще не могущего достать их своим оружием – вот что самое плохое! Так что энергаши принялись поливать разрядами мою голову, пока все остальное тело еще было на лестнице… Озверев, я одним прыжком вырвался и разорвал пулеметными залпами каждого из них на куски, а потом в ярости растоптал скелеты! И это я им еще мало отомстил!
Успокоил меня только радиовызов от короля-льва. Он сообщил, что самых способных тварей по этой железной дороге отправляли в Третий Периметр «на доработку», где Догстоун готовил собственный проект под кодовым названием «ОверБрут». Так что, если я хочу добраться до предателя, мне вместе с моим новым «другом» придется поехать туда. Сам же король-лев взял на себя миссию остановить поезд, но предупредил, что поскольку я – человек, его монстры будут в меня стрелять, но «правила игры тебе известны, так что всё честно…». Хотелось ему сказать, что я думаю о его солдатах и о нем лично, но благоразумно промолчал – сердить короля-льва мне было не с руки…
Как бы там ни было, а до поезда еще нужно было дойти, то есть, доехать на огромной транспортной вагонетке подвесной дороги, в которой с комфортом могла бы разместиться целый батальон монстров. Добрался без приключений, зато потом пришлось идти по длинному, двухъярусному перрону, сначала понизу, потом поверху, при этом то и дело отстреливаясь от мелких отрядов энергашей и бойранов (по две-три особи разом – не проблема).
Наконец поезд пришел. Это был тягач-дизель с тремя или четырьмя, - сразу не разглядел, - вагонами необычного вида – похожими на огромные, герметичные, странного вида цистерны. Из некоторых выскочили по парочке энергашей, но я успевал их перестрелять, пока добирался до диспетчерской, где опустил мостик к последнему вагону. Тем времени король-лев уже вошел в поезд, так что мне пришлось поторапливаться… Не теряя времени, убивая в упор из спаренного дробовика попадавших на моем пути энергашей (вот же мерзкие твари, так и хочется матерится даже сейчас, когда уже все прошло!), я пробежал по перрону, вскочил на пирамидку из ящиков, оттуда на решетчатую крышу мостика и, перебив внизу двух-трех бойранов, перепрыгнул на площадку последнего вагона.

28. Путь к Третьему Периметру
Как только я перескочил через перила, поезд тронулся, а король-лев, похвалив за оперативность, велел мне пробираться в вагон и ждать дальнейших указаний. Взобравшись на крышу по приставной лестнице, и оттуда спрыгнув в люк, я очутился в небольшом тамбуре, где «поймал» по радио сообщение от Догстоуна. Тот злорадно сообщил, что ни за что не пропустит зверюг в Третий Периметр, что железнодорожный компьютер перевел стрелки, и теперь поезд на всех парах мчится прямо на главный вокзал, где нас уже ждут коммандос… Как позже выяснилось, король-лев тоже слышал это, но велел не отчаиваться и пробираться по вагонам, пока он возьмет на себя управление поездом.
Я так и поступил. Странные снаружи вагоны-цистерны были не менее странными и внутри – полные каких-то закоулков, перегородок и длинных скамей, но оставляющие большое внутреннее пространство совершенно пустым, они охранялись энергашами, правда, в довольно-таки небольшом количестве… Так, в вагоне, куда я попал снаружи, мне удалось без большого труда расправиться с охраной и с панели открыть проход в следующий. Здесь, когда от нескольких бойранов остались «ножки до рожки», я подобрал с трупа одного из коммандос ключ-карту для перехода в другой вагон.
Примерно таким же образом, переходя все дальше и дальше, то отнимая у трупов коммандос ключ-карты, то поднимаясь на «вторые этажи» вагонов для того, чтобы оттуда открыть те или иные двери, и постоянно отстреливаясь от мелких банд энергашей и бойранов (примерно, по 3-4 особи за раз), я шел и шел вперед, следуя указаниям, получаемым по рации от короля-льва. Описывать это, в общем-то монотонное путешествие было бы и долго и нудно, скажу лишь, что боекомплекта хватало почти в аккурат, так что приходилось палить из всего, что попадается под руку; при этом вагонная тряска мне нисколько не мешала, в отличие от два раза возникших пожаров…
Но было и несколько ключевых моментов, не упомянуть о которых считаю недопустимым. А именно: после боя с коммандос, король-лев оказался блокирован в одном из вагонов, так что теперь сам действовать не мог, ограничиваясь отдачей мне приказов по радио. Я тогда еще подумал, а почему бы ему не «мобилизовать» тех же энергашей или бойранов, но решил, что он это делает из уважения к моему человеческому интеллекту, а потому не стал заострять тему…
Первыми большим поручением было пробраться в охраняемый вагон и украсть компьютерные код-карты с указаниями маршрутов. Вагон я нашел без всякого труда, охраны в нем не было… на первый взгляд. Как только мне удалось вскрыть терминал и извлечь 4 цилиндра с перфолентами, как налетело с полдюжины гепёрдов (давно не виделись!), как оказалось, прятавшихся в подкрышных перекрытиях. Расстреляв их, я продолжил свой путь.
Затем король-лев поручил мне выбраться на крышу того вагона, в котором я находился, и по ней пробраться к локомотиву, чтобы перевести его с ручного на автоматическое управление. Все бы хорошо, но твари сообразили, что меня что-то долго нет в поле зрения, и тоже повылазили на крыши своих вагонов. Больше всего я боялся, что электрические разряды и пули столкнут меня вниз, под громыхавшие колеса, а потому старался держаться поближе к центру крыш, легко (благодаря причудливым формам перекрытий) перескакивая с одной на другую.
Таким образом, добравшись до локомотива, я обнаружил, что просто так в него не войти: надо было, расстреляв из окна двух коммандос, проползти чуть ли не по самому носу поезда, и лишь оказавшись с другой стороны, найти дверь, что я и сделал. К слову сказать, как и прежде, мне очень помогали метки, светящиеся на моей скан-карте, и которые я «гасил» по дороге.
Король-лев пришел в восторг, но поторопил – у нас было довольно мало времени до прибытия на вокзал, так что теперь мне пришлось искать машинное отделение и там заменить одним цилиндры с перфолентами на другие, бывшие с собой. О том, что дорогой мне мешали все те же энергаши и бойраны, можно было бы и не упоминать. Так или иначе, а миссию я свою выполнил с честью, почти не пострадав при этом, зато, получив радиовызов от Догстоуна: генерал обещал мне вскоре устроить «почетную смерть героя»…
Благодаря смене маршрута, поезд перемахнул с одних рельсов на другие, проехал вместо левого тоннеля в правый, и… со всего маху врезался в скалу! Я едва-едва успел ухватиться за какую-то железяку, чтобы не разбиться…

29. Мой друг – король-лев
Я выбрался из охваченного пламенем и едким, удушающим дымом вагона по приставной лестнице… видимо, крушения средств транспорта стали своего рода «фирменным знаком» Сорео, не иначе! Почти сразу я уловил в наушниках рык короля-льва. Он попросил помочь ему выбраться из вагона, где по-прежнему сидел еще с середины дороги. Может, кто другой бы и колебался, но я твердо решил следовать за своим «жестоким другом», помогая ему, чем только смогу.
Однако на этот раз дело было нешуточное: наш поезд глубоко врезался в горную породу, причем, как я отметил, ушел в нее на пару десятков метров под углом примерно в 45 градусов! Король-лев был где-то рядом, но пока недосягаем… Что ж, пришлось спрыгнуть с вагона и зайти в пробитый кем-то проход, расположенный тут же. Я сразу заметил разорванную линию транспортера, по которому камни подавали в дробильную машину. Естественно, все это было сейчас отключено, а вокруг лежали трупы шахтеров… вряд ли убитых нашим поездом, уж слишком далеко от места крушения я находил некоторые из них. Впрочем, особо присматриваться времени не было – друг сидел в перевернутом вагоне и, может быть, уже задыхался от дыма и гари!
Обойдя камнедробилку, я нашел небольшой лифт и спустился на нем вниз, после чего снова пошел вдоль транспортера, видимо, нижнего его яруса, пока не вышел к другой секции нашего поезда. Здесь, идя на звук ударов чем-то массивным об железную обшивку вагона, я откатил большой камень, выпустив короля-льва наружу. Поблагодарив меня, он пошел к выходу, а я поспевал за ним. Мы дошли до решетки, поднять которую королю-льву стоило большого труда – а я бы никогда в жизни не осилил! – а потом, когда внезапно заработала камнедробилка, он схватился за цепь и удерживал ее, благородно пропуская меня вперед, пока я несся к лифту. Напоследок, монстр прокричал, что бы я поднимался наверх, сам же он найдет другой путь. Я так и сделал…
Кстати, еще раньше, добираясь до «заточенного» в вагоне короля-льва, мне посчастливилось найти винтовку Гаусса – скорострельный, использующий безгильзовые патроны пулемет, оснащенный (благодаря слабой отдаче), оптическим прицелом! Хорошая кучность стрельбы, большая убойная сила, высокая точность и возможность пользоваться ею как оружием ближнего боя, - все это вместе дает возможность легко расправляться с противниками на почтительном расстоянии. Единственный недостаток – намного больший расход патронов… но с этим вполне можно мириться, учитывая массу достоинств!

30. Горные работы
Вооруженный ею, я поднялся на лифте, откуда попал в большую пещеру. Здесь мне пришел вызов от Догстоуна. Распираемый от злорадства он пообещал познакомить меня со своими любимцами – плодами проекта «Овербрутер». И точно! Ими оказались получившие способность передвигаться на задних конечностях и использовать современное вооружение волки. Я, конечно, и до этого знал, что волк – одно из самых умных живых существ, агрессивный и смертельно опасный житель леса, но чтобы настолько! На меня сразу налетели несколько «волколаков» (так назывались у любимого с детства Толкиена страшные волки, прирученные гоблинами), но, благодаря винтовке Гаусса, я смог перебить их издали. Затем, в пещере, мне пришлось еще шесть раз отбивать атаки овербрутовцев, к счастью, нападавших по 1-2, редко 3 особи за раз.
Первые же трупы я внимательно осмотрел – волки были одеты в легкие, но прочные бронежилеты, на ногах имели окованные железом башмаки, а на мордах – респираторы (зачем?). Оружием им служили автоматы, эффективные на средней и дальней дистанции, но приспособленные только под их волчьи лапы, так что сам я использовать их не мог (кстати, это относится и ко всему другому оружию врага).
Итак, продвигаясь вглубь пещеры и приноравливаясь к условиям боя с новым противником, я нашел большую буровую платформу на гусеничном ходу. Она не работала, но у меня сразу родилась мысль запустить ее, пробить стену и выйти, таким образом, к новой метке. Это оказалось совсем не сложно: забравшись по двум скобчатым лестницам наверх, я из кабины привел в действие бур, а потом придвинул всю платформу поближе к стене…
Пробравшись в образовавшийся лаз, я снова увидел наш поезд, а неподалеку от него четырех энергашей. Что ж, может быть, от крушения им и удалось спастись, но не от пуль моей винтовки Гаусса… ходу из этой пещеры не было, так что пришлось забираться по косогору вагона наверх, а оттуда – по стропиле до большого камня с новой меткой. Затем, двигаясь прорубленным вдоль каменной стены парапетом, я чуть не попал в обвал, и принял бой с четырьмя волколаками, напавшими парами сзади и снизу.
Благополучно вернувшись к камню, я спустился в саму пещеру, где еще издали приметил огромный землеройный агрегат. Пока шел, пришлось перестрелять еще нескольких тварей, что было не так просто, как хотелось… Забравшись по скобчатым лестницам наверх, я добрался до инженерной площадки и запустил вертикальный конвейер. Затем запрыгнул в один из ковшов и поехал на самый верх… ну, то есть, я собирался прокатиться на самый верх, однако, зацепившись за какую-то деталь механизма, свалился вниз, в следующий ковш и немного расшибся – хорошо еще, что не насмерть… Решив, что произошедшее – досадная случайность, я попробовал снова, но меня ждала та же участь. По счастью, я заметил, что из ковша можно спрыгнуть на каменный карниз, образованный самой природой. С него я попал на подвесной мост, но, немного пройдя, вынужден был искать другой путь. «Потревоженный» работой землеройки, сверху свалился большущий камень, сломав мост перед мною и перегородив дорогу.
Пришлось идти в обход, расстреливая издали нескольких волколаков, хотя прямо за камнем была дверь в какое-то помещение, но едва приоткрытая, а сдвинуть ее в одиночку не было никакой возможности. Вскоре, я добрался до новой метки, а от нее, перепрыгивая с мостков на стрелу, обогнул пещеру почти по кругу. И только тогда, спрыгнув на стропила, я, через окно забрался в то самое помещение, куда не мог прийти из-за полуоткрытой двери.
Подлечившись и отдохнув, я сел в технический лифт и поднялся наверх…

31. Крыши, трубы и лестницы
Вскоре я оказался в такой огромной и высокой пещере, что так и не смог понять – то ли ее своды теряются в тумане, то ли это – дно кратера, а вокруг ночь… Впрочем, это меня занимало не долго. Еще издали я разглядел стену какого-то большого сооружения, вероятнее всего завода, вот только не совсем понятно какого – камнеобрабатывающего или металлургического? К ней тянулись два транспортера с рудой, между которыми ходили несколько волколаков, патрулируя местность. По счастью, здесь же, у самого выхода из лифта, я нашел патроны к бронебойной снайперской винтовке. Обоймы аккуратно хватило на всех стражников, так что, убедившись, что путь свободен, я подобрался к самой стене.
Никакой двери или ворот внизу не было; видимо, я завод стоял ко мне задом. Так что пришлось взбираться по скобчатым ступеням лестницы на самый верх, где я, застрелив двух волколаков, «погасил» метку и продолжил идти по внешним мосткам и переходам вдоль стены.
Внезапно я был атакован автоматными очередями, но непонятно откуда! Пули сыпались на меня градом, укрытие за углами выступов не помогало, и только тогда, превозмогая боль от ранений, я посмотрел наверх… Там, надо мной кружились два невиданных ранее существа: нечто вроде большой ящерицы, оснащенной пропеллером над головой и автоматическим оружием в задних лапах (видимо, передние лапы служили «карулсонам» (на большее просто фантазии не хватило) для каких-то иных целей). Двигались они очень резво, странными зигзагами, так что попасть в их тощие тела, особенно с расстояния, да еще обстреливаемый их автоматами было очень не легко. Хотя и здесь мне повезло: я заметил, что если разбить пропеллер (не говоря уже про уродливую голову), карулсона ждет верная смерть.
Таким образом, убив мерзких летучих тварей и дивясь, какие еще сюрпризы есть в запасе у Догстоуна, я спустился со стены, все так же переходя, а то и перепрыгивая с мостков на парапеты. Ни одна встреченная мне по дороге дверь не открывалась, не было ни панелей, ни консолей, так что другого выхода, как спустится на землю, не оставалось. В самом низу меня поджидали трое волколаков, но по сравнению с новым врагом это было еще терпимо… Расправившись с ними, я направился в смежную пещеру, где по толстенным рельсам прошел к не слишком высокой стене, охраняемой волколаками, расстрелянными мною еще издали из снайперской винтовки. Однако и там, забравшись на стену, мне пришлось принять бой с двумя карулсонами, а потом с еще двумя! Но, словно всего этого было мало, на подходе к флигелю, стоящему почти вплотную к скале и основному зданию, у решетчатой вышки на меня напало трое волколаков. Короче, когда я добрался до первой лестницы, то, как говорил наш майор, сквозь меня можно было вермишель отбрасывать…
Тем не менее, я нашел в себя силы и пару-тройку аптечек вокруг, после чего влез на крышу флигеля, где снова сразился с охранниками-волками, а потом, забравшись еще выше – с карулсонами… Но стало совсем плохо, когда, взобравшись на самую верхотуру по длинной лестнице, я принял бой с пятью карулсонами! Оказалось, эти проклятые летуны могут прожить и без пропеллера, если падают с совсем небольшой высоты, так что мое оптимистическое мнение оказалось ошибочным… Расправившись с ними, я по наклонной лестнице взобрался на большущий наполовину зацементированный в крышу шар. От него вели две толстые трубы, вполне годные для того, чтобы по ним пройти, правда, балансируя, словно канатный плясун под куполом цирка.
Так началось мое не слишком долгое, но увлекательное путешествие по трубами и стропилам между заводских труб и решетчатых ферм, подпирающих свод пещеры, - отсюда, с этакой высоты я ясно увидел, что надо мной не ночное небо, а каменные толщи. Ежесекундно рискуя сорваться вниз, время от времени отстреливаясь от карулсонов (слава богу, их всякий раз было не больше двух, максимум трех за раз, но поверьте, мне и этого с лихвой хватило!) я шел и шел… пока не сообразил, что иду не туда. Казалось верная «дорога» закончилась площадкой с оптической бронебойной винтовкой, видимо, наблюдательный пункт охраны. Дальше дороги не было.
Пришлось возвращаться обратно к шару и спускаться по длинной лестнице вниз. Я лихорадочно думал, как же мне быть, что делать, пока, примерно на середине пути, меня не осенило: я заметил небольшой карниз, на который легко перепрыгнул, а с него - подобрав найденное там оружие, - на желтую трубу. По ней я пошел, отчаянно балансируя, и добрался до не слишком низко расположенных трех крыш, где меня встретили волколаки, тоже трое. Но я им почти обрадовался – раз враг здесь, значит, я на правильном пути. Перебив их отчасти еще сверху, я спустился и вскоре нашел раскрытый, квадратный люк, куда и спрыгнул. Какие-то вонючие, но на удивление плотные испарения подхватили меня, не дав разбиться насмерть и я, можно сказать, без вреда для себя спустился во внутренний коридор завода, - причем, на этот раз я почти уже не сомневался, что это металлургическое, даже наверняка, сталелитейное предприятие…

32. Металлургический комбинат
Не успел я толком осмотреться после падения, как по перпендикулярному коридору пробежал сталевар, крича что-то об опасности, но пока я подбежал ему на помощь, человек умер. Тем временем, все вокруг наполнялось сизо-серым туманом ядовитого газа, так что выскочивший вслед за ним рабочий посоветовал мне надеть респиратор, снятый с трупа бедняги, и включить вентиляцию. Я так и поступил, но в таком дыму мало что было видно, так что по пути мне досталось от незамеченных, оголенных кабелей электропроводки, кусков бетона с арматурой, падающих стропил, но я все же добрался до застекленной комнаты с рычагом на панели, и, застрелив парящего за окном карулсона, включил продувку.
Обратный путь мне преградила струя пара, вырывающаяся из неисправной трубы прямо на уровне двери. Пришлось пролезть по карнизу за окном (кстати, на дворе, как я разглядел, был уже день…), разбить стекло в соседнем помещении и таким образом выбраться. Вернувшись, я увидел, что сталевар из последних сил сдерживает дверь, в которую ломится волколак. Но я опоздал – тварь прорвалась раньше, и мне пришлось ее застрелить. Из двери я прошел по коридору, свернул раз-другой и, спустившись по лестнице, перебил еще трех волколаков, преследовавших рабочего.
Затем снова спустился по другой лестнице и здесь, вскочив через окно, на меня напал новый враг – это была пума, естественно, прямоходящая, бронированная, правда, похуже, чем волколак, но все же, и вооруженная М-16. Опять-таки, по сравнению с ним, «автопума» (так я “окрестил” тварь) двигалась быстрее, но сама по себе была жиже и слабее, так что убить ее не составило большого труда. Почти сразу же, из лифта выскочил еще один новый враг, но и он нашел смерть под градом моих пуль.
На этом лифте я спустился в литейный цех, где принял бой еще с четырьмя автопумами, перебив которых, огляделся по сторонам. Само по себе помещение перегораживали три больших стана, по которым лился расплавленный метал, подаваемый в отливочные формы. Ни забраться на них, чтобы пресечь зал, ни обойти не представлялось возможным, но я обнаружил ремонтный люк и коридор, проходящий под первым же станом. Однако, не все так просто – кроме вырывающихся из решеток струй раскаленного пара, меня поджидали автопумы, хотя и всего несколько особей… Так, проходя под станами через ремонтные коридоры, я прошел на другую сторону цеха.
Здесь я забрался наверх по длинной скобчатой лестнице, после чего, немного пройдя по стропилам, оказался у пульта управления технической вагонеткой. Вызвав одну такую, я поехал в другую часть цеха, но, как оказалось, не туда. Пришлось вернуться и пересесть в точно такое же, но расположенное в крайнем справа ряду устройство. Таким образом, я попал в соседний цех, где, перебив нескольких волколаков и автопум, поднялся по лестнице наверх, до большой трубы, откуда спрыгнул на подвесной транспортер, везущий чаны с расплавленным металлом. Покатавшись на нем по кругу, и убив трех автопум, я догадался вовремя спрыгнуть на карниз, по которому добрался до новой лестницы – и снова наверх. Я бы наверняка запутался в этих лабиринтах, если бы не система меток, которые я, как и прежде, «гасил» одну за другой.
Итак, через вальцовый цех, я, перешагивая через трупы автопум и волколаков (нападавших на меня небольшими звеньями, не более 2-3 особей за раз) я дошел до двери с консолью, открыв которую, через маленький тамбур, попал в пункт наблюдения за процессом. Здесь я получил вызов по внутреннему радио от мастера-сталевара, который попросил открыть транспортные ворота и идти к нему через прокатный цех, пока он будет сдерживать волколаков.
Сказано-сделано. Нажатием на рычаг, я открыл ворота для проезда вагонеток с готовой продукцией - литыми металлическими пластинами, - и пошел в прокатный цех, по дороге, у лестницы, застрелив волколака. Спустившись, я хотел было пройти в дверь в дальнем конце коридора, но она оказалась закрытой, так что пришлось с помощью наклонной лестницы взобраться на карниз, а оттуда, проползя по бетонному перекрытию, спрыгнуть прямо на конвейер.
Хорошо еще, что раскаленные пластины ехали по нему не очень быстро и по дороге проходили штамповку и прессование, так что, вовремя перебегая из одной секции в другую, я добрался до железной дороги со стоящими на ней несколькими вагонетками. Спрыгнув на них, я сразу же поехал через заранее открытые мною же ворота…

33. Операция «Суперпантера»
Неожиданно вагонетка остановилась, «высадив» меня у небольшого тамбура, из которого по лестнице я поднялся наверх, оттуда – в переход с трубопроводом, а из него – в коридор, где принял бой с четырьмя волколаками.
Теперь мой путь, согласно светящейся метке на скан-карте, лежал в небольшое помещение, - наподобие склада, - с двумя помостами. На одном из них, кажется, том, что слева, я завалил двух волколаков, и, поднявшись, задействовал рычаг, открывший дверь с другого помоста. Но сама дверь, когда я подошел к ней, не открывалась, наоборот – вызвала маленький лифт-платформу, на которой приехал дежурный волколак.
Только когда он рухнул мертвым, проход открылся и я, пройдя через небольшое помещение, почти целиком занятое мудрёного вида агрегатом, оказался в ремонтном коридоре наверху. Здесь, застрелив со спины волколака и взорвав гранатами другого, прятавшегося слева, я выбрался в холл отдела научных исследований, где несколько вооруженных медиков отстреливались от группы волколаков, и, судя по всему, моя помощь им не требовалось.
В отличие от тупых коммандос, они не стали в меня стрелять, напротив, главврач поздоровался, сказав, что Морхед предупреждал его о моем появлении и попросил помощи. Про себя отметив, что в последние несколько дней только и делаю, что помогаю другим (самому бы кто помог, кроме короля-льва!), я, естественно, согласился и прошел за главврачом в соседнее помещение, где, вместе с одним из его помощников, убил двух волколаков, поднявшихся к нам на платформе. Затем, используя ее же, мы вдвоем, - к сожалению, медик погиб в неравной схватке… что хотите от гражданского! - поднялись наверх, где главврач подвел меня к смотровому окошку, объяснив, наконец, зачем я ему понадобился. Оказалось, передо мной лучшее творение профессора Морхеда – суперпантера, и что именно она не должна ни в коем случае попасть в лапы генерала и ему подобных. Сейчас тварь плавала в креозоте, потому ее и можно было уничтожить не выпуская наружу. Этим главврач решил заняться, попросив меня ему помочь. Что ж, уничтожение монстров стало для меня уже второй профессией, да и выбора особенного не было. Правда, опять таки про себя, я посетовал на отсутствие короля-льва: вот кому бы это точно было по силам…
Вместе мы пошли на перрон внутренней железной дороги, где главврач поручил мне пригнать тележку, пока он откроет мне ворота и займется своими настройками на панели управления. Сказано-сделано. Я спустился по лестницам на рельсы, дошел до ворот, убил двух охранников-волколаков и, нажатием на рычаг, выкатил платформу-вагонетку. Когда же это было выполнено, главврач открыл двери барокамеры, а моя миссия заключалась в том, чтобы активизировать контейнер. Зная КАКИЕ твари могли выйти из-под скальпеля Морхеда, я, честно говоря, и не пытался сдержать дрожи, представляя, как с минуты на минуту саркофаг распахнется и оттуда вырвется нечто чудовищное… Но ничего такого не произошло – контейнер выкатился нормально, а я, заскочив на него, решил прокатится, дав отдохнуть ногам. Как бы не так! Внезапно засвистели тросы и по ним, как заправские «морские котики», принялись спускаться вниз волколаки. Правда, к этому я был готов и применил верный способ: стрелял по врагам, пока те были еще на пути к земле, так что слишком сильно не пострадал…
Установив контейнер на выкаченную мною платформу, главврач направил меня наверх, к генератору, имевшему вид большого радарного щита. Я зашел в ранее не открывавшуюся дверь, в коридоре, начинавшимся за ней, перебил четырех волколаков, и вышел к сломанной лестнице. Верный себе и своей привычке исследовать все, что подвернется под руку, я прошел сначала вниз, подобрав там аптечку и боеприпасы, а потом взобрался на самый верх, где, по просьбе главврача, запустил генератор. План был прост: «радар» дает мощнейший электромагнитный импульс, направляемый в контейнер, креозот вскипает и суперпантера варится заживо. Но случилось непредвиденное…

34. Бегство
Заинтересованный выходящим из генератора световым потоком, сверху на него спрыгнул патрульный волколак. Сам-то он немедленно сгорел и рухнул вниз, но упал прямо на панель управления, случайно замкнув цепь на себе и раскрыв при этом контейнер! Монстр вылез наружу, и я содрогнулся от одного его вида.
Огромная, прямоходящая пантера, закованная в броню и несущая на спине металлический «рюкзак» непонятного назначения, одним махом оказалась лицом к лицу перед главврачом, достала из-за спины бомбу и воткнула ее в живот человека. Тот почти мгновенно взорвался, не причинив, однако, суперпантере никакого вреда. Но сама тварь этого уже не видела, она полезла ко мне наверх, да так споро и ловко, и тому же по дороге исчезая до полной невидимости, что я едва-едва успел скрыться, добежав до соседней двери и спрыгнув в люк. По инерции я пробежал еще немного и только где-то внизу, в техническом коридоре, сев на трубопровод перевел дух. Ну почему мне так не везет… почему?
Впрочем, долго рассиживаться, а тем более впадать в истерику я не стал – не в моем это характере. Из коридора я выбрался вниз, где убил солдата, не такого, как ранее встреченные мною коммандос, - видимо, он был из отряда внутренней охраны. Затем, из коридора я снова вышел в холл отдела научных исследований, но уже с другой стороны баррикады. Здесь, «погасив» метку, я подобрал бластер – самое сокрушительное оружие, способное генерировать сгустки высококонцентрированной горячей плазмы.
Затем на платформе я спустился в котельную, где сразу и применил новое оружие на охраннике. Оказалось, заряд не только отрывает части тела, но и вовсе разрывает неприятеля на куски! С таким мне, пожалуй, не страшна была бы и суперпантера, о чьем присутствии где-то рядом я не забывал…
Оттуда, я взобрался по лесенке в верхний коридор, и неожиданно был атакован совершенно новым видом врага. Это был прямоходящий, легкобронированный тигр, оснащенный ракетной установкой большой разрушительной силой. Слабых мест и особо уязвимых точек у «шерхана» (а как бы вы его назвали?) я тогда не заметил – не до того было. Притаившись еще на лесенке, только высунув голову и ружейный ствол, я палил в него из «гаусски», пока монстр не рухнул навзничь.
Потом, убив двоих охранников, я прошел вперед, лишь только раз уклонившись от струи пара из разбитой трубы, и, с сожалением констатировал, что ракетница шерхана мне не подойдет – слишком специфичное оружие, увы…
Поднявшись по лестнице, я вскоре попал в полностью автоматизированный цех, где несколько манипуляторов сваркой вживляли в скелеты монстров кибернетические устройства и платы. Значит, главное производство совсем неподалеку! Полюбовавшись процессом и убедившись, что я не в силах его прервать или разломать машины, я хотел пройти направо, но стеклянный ворота оказались закрыты, так что пришлось подниматься в проектный отдел.
Здесь было много мертвых ученых, маленьких офисов с компьютерами и устройство, открывающее проход внизу. Не обращая внимания на разглагольствования генерала Догстоуна, снова вышедшего на связь, я активизировал аппарат, после чего спустился вниз, к, как оказалось, подвесному конвейеру, по которому подавали скелеты на обработку. Около него я нашел лестницу, поднявшись по которой и убив волколака, сел на лифтовую платформу, и поехал еще выше…

35. Атака живых трупов
Едва вышел из лифта и немного прошел вперед, как услыхал крики по внутреннему радио: «Она повредила критогенератор!». Войдя в ворота я лишь успел заметить, как суперпантера вскочила наверх, а мои пули бессильно застучали о стены… Эх, жаль, упустил! «Хотя, - тут же одернул я себя, - это, конечно, к лучшему…»
Только сейчас осмотревшись, я увидел, что попал в коридор, наполовину перегороженный горящей баррикадой, и четырьмя большим дверями, над которыми светились табло с номерами. Монстр уже успел здесь поработать, трупы медиков, разбитое оружие, перевернутые ящики… Господи да когда же, наконец, я выберусь с этого проклятого места, где правят бал сумасшедшие ученые и еще более дикие генералы, окружившие себя армией кошмарных созданий?..
Но надо собраться, надо сдержаться. Открыта была только одна дверь № 2, куда я и направился, но прямо с порога и застыл – передо мной открылся вид на герметичное помещение, где прицепленные крюками за загривки, как на виселицах, висели кошмарные уроды. В рост человека и почти полностью, если не считать голов, человекообразные, они не имели кожи, обнажая мышцы связки и сухожилья, но, как заметил, когти на руках были стальные…
Теряясь в догадках, что же этого могло быть, я заполз в технический коридор. Здесь хотя струи пара здесь тоже вырывались из решеток, но не были ни раскаленными, не ядовитыми; даже наоборот, приятной прохладой озонировали спертый воздух… впрочем, пока мне было не до этого – многое оставалось не понятно, так что, только выбравшись наружу (как позже оказалось, в отсек № 1), я окончательно уяснил ситуацию. Продолжая беспридельничать, суперпантера повредила систему охлаждения, тем самым выведя безкожных уродов из анабиозного сна, и теперь некоторые из них валялись на полу в той камере, куда я смог зайти. Только сейчас более внимательно, воочию, а не через мутное стекло разглядев их, я понял что это такое – очевидно незаконченные формы, почти трупы, используемые как основа для производства новых тварей. Я видел швы на груди, ребрах и в паху, укрепленные сталью конечности и челюсти, и, естественно, когти. Но эти заги (сокращенно от «заготовки») жили и быстро приходили в себя… поэтому, прирезав упавших на пол, я двинулся дальше.
Неожиданно для себя, я оказался в том же коридоре, откуда начал путь, при этом сделав неприятное открытие – еще недавно полная загов камера второго отсека опустела. Значит, они вырвались на волю, и надо втройне быть начеку! Дверь в отсек № 4 оказалась проломлена, и, когда я вошел, на меня напал сначала один, а потом другой заг. Поскольку оружия дальнего боя у них не было, казалось, держи тварей на расстоянии – и дело с концом! Как бы не так: заги передвигались ползком на животах, но очень шустро, могли легко ползать по стенам и потолку, и били во всю мощь своих длинных лап... хотя, конечно, залп даже из простого, не спаренного дробовика, как правило, валил их с ног.
Расстреляв уродов, я обнаружил, что хода дальше, чем в пустой отсек № 2, нету, так что пришлось снова прыгать в технический тоннель, Здесь на меня снова напали заги, но уже зная их слабости, я встречал недоделков выстрелами издалека и потому шел более-менее спокойно. В обозначенном меткой месте я выбрался на поверхность, после чего, в опустевшей анабиозной камере убил двух загов, а в соседней стал свидетелем жуткой картины: двое уродов пожирали третьего (с этими я расправился из базуки). Выйдя же, обнаружил, что попал по другую сторону горящей баррикады, на пороге отсека № 8.
Мне удалось через тамбур дойти до лестницы наверх. Там, три медика вели огонь, защищаясь от наползающих со всех сторон тварей. Один из людей попросил меня идти с ним, помочь остановить процесс размораживания. Мы спустились вниз, где я уже был, доктор открыл ворота и пока возился с перераспределением направления фреонов, я отбивался от целой орды загов. Верно рассчитав, что, лишенные защитного кожного покрова, они будут особо чувствительны к электричеству, я принялся палить в них из тесла. Эффект превзошел мои ожидания – разряды не только отрывали части тел надоделков, но и рвали сами их тела на куски!
Наконец, доктор закончил свою работу и послал меня заменить какие-то фильтры… Уточнять времени не было, так что я, как всегда, понадеялся на метки. Снова оказавшись наверху, я не обнаружил за укрытием медиков, но просто прошел прямо, застрелив выползшего из-под решетки в полу зага, и в боковых ответвлениях привел в действие четыре фильтра, похожих на маленькие паровые котлы. При этом я всякий раз отстреливался от 4-5 уродов сразу, вползавших через окна. На другом конце коридора группа медиков попросила не волноваться, дескать, они меня подождут, но когда я вернулся то увидел, с ними уже расправилась суперпантера, о которой я, грешным делом, позабыл.
Один из них так и остался лежать с бомбой в спине, превратившись в мину, взрывающуюся при моем приближении. Как говорится, спинным мозгом почувствовав это, я расстрелял торчащую из человека бомбу издали, но при этом обрушилась лестница, ведущая наверх, так что пришлось искать другой путь. К счастью, я смог воспользоваться вертикальным конвейером, перевозящим скелеты на доработку. Уцепившись за один из блоков, я поднялся наверх и вовремя спрыгнул в коридор. Здесь, в его дальнем конце, я нашел вход в лабораторию, полную диковинных электронных машин, столов с компьютерами и пробирных штативов. Впрочем, суперпантера побывала здесь раньше меня… так что, расстреляв еще одну «мину, я прошел в коридор, где, «погасив» метку, поймал радиовызов от Догстоуна. С нескрываемым злорадством, генерал сообщил, что мой «мохнатый друг» убежал и вернулся к своему хозяину. Я не поверил этой наглой лжи, зная, что король-лев меня ни за что не бросит!
На входе в автоматный цех, ко мне с криком о помощи бросился ученый с торчащей миной в боку. Пришлось его расстрелять, чтобы не погибнуть самому, но другие, бывшие там люди приняли меня за монстра и открыли огонь. Со слезами на глазах, я застелил и их, после чего прошел в круглый зал, где в вертящихся креслах-контейнерах «сидели» скелеты, подвергающиеся каким-то сложным технологическим процедурам. И здесь меня настигла суперпантера…
Она подкралась, - невидимая, - сзади и толкнула меня, повалив на пол: видимо, просто превратить меня в мину ей было мало. Но в этот миг, когда я уже решил, что пришла моя смерть, в зал откуда-то сверху впрыгнул король-лев! Он не предал, не бросил, я верил в него, своего жестокого друга! Два супермонстра, пошипев друг на друга, как дворовые коты (чему удивляться – и пантера и лев – всего лишь большие кошки!) сцепились, и вскоре король, подняв полузадушенную им тварь, бросил ее в кресло-контейнер, где та, как я от всей души надеюсь, погибла. Но и сам лев получил предназначавшуюся мне мину в тело, поэтому, схватившись обоими лапами за живот, попросил к себе не приближаться, а скорее найти Догстоуна и отомстить ему за все, что здесь творится! Единственное что я мог сделать – так это отдать последние почести своему боевому товарищу, после чего поспешил выйти из зала по верхнему ярусу …

36. Огонь, лед и вода
Когда я вышел из помещения, на Сорео спустилась ночь, а все вокруг покрыто снегом и островерхими, словно горные пики сугробами. Значит, это одна из горных вершин, где же иначе на тропическом острове быть снегам? Тьма вокруг освещалась только редкими столбами с фонариками наверху и оглашалась тяжелым гулом каких-то работающих под землей машин.
До метки было совсем рукой подать, но около нее патрулировали два волколака (что удивительно, хотя и вполне естественно, былые!). Они охраняли вход в небольшое пустое помещение, открывавшее целую, если можно так выразиться, анфиладу тамбуров, коротких коридоров и комнат, видимо, когда-то служивших складами или мелкими промышленными цехами. Здесь, пока не набрел на закрытую дверь, я убил трех черных волколаков, из чего сделал резонный вывод, что те стражники были белые не от природы, а благодаря маскировочному окрасу. Впоследствии я своими глазами видел, как волколаки перекрашивались, проходя через арку с распылителями. Запертую же дверь пришлось открыть нажатием рычага из помещения с двумя манипуляторами под потолком, где, кстати, устроила засаду ее одна тварь.
Затем, пройдя по недлинной череде комнат, я, убив несколько волколаков, вышел к воротам, застрелил еще двух охранников-беляков, и пошел, осторожно пригибаясь между сугробами, к новой метке. Вскоре я добрался до других ворот, где, привычно вглядываясь через оптический прицел своей верной «гаусски», перестрелял трех волколаков. Затем мне снова предстоял путь через анфиладу комнат, тамбуров и коридорчиков, закончившийся тем, что я пролез по ремонтному тоннелю и оказался у лестницы, ведущей наверх. Там, ловко развернувшись и перестреляв двух карауливших люк волколаков, я нашел и нажал на рычаг, не зная еще, что он открывает.
Дальше дороги не было, пришлось вернуться, у ворот убить еще двоих тварей и спрыгнуть в ледяную каверну. При моем приближении энергетические ворота, наподобие тех, которые когда-то повстречались мне в джунглях, отключились сами по себе (видимо, подействовала активизация рычага) и я прошел в большую пещеру, прямо посреди которой стоял вмерзший в глыбу льда тираннозавр! Впрочем, он был мертв уже черт знает сколько миллионов лет, так что я сосредоточило свое внимание на четырех маленьких устройствах, развешанных по стенам. Каждое из них было снабжено кодовой буквой: Р, У, К, Т. Нажав на них подряд и не получив авторизации, я понял, что передо мной какой-то шифр, но какой? О, конечно-конечно! Как я сразу не догадался, идиот: это же буквы моего собственного имени! Надавив их в нужном порядке, я смог пройти через поднявшуюся решетку и спрыгнуть на новую метку, после чего осмотрелся.
Вокруг было непонятное, словно сделанное изо льда огромное помещение круглой формы, посреди которой стояла внутренняя металлическая башня, вся сплошь состоящая из системы скобчатых лестниц, коридоров (то сплошных, то решетчатых), огибающих башню по кругу ферм и площадок. Вдоль внешний стен медленно ездили диковинного вида устройства, то и дело вырубая в ледяной толще куб и куда-то его увозя манипуляторами.
Впрочем, долго разглядывать, а тем более разбираться в устройстве этого места у меня не было ни сил, ни желания. Я принялся сползать вниз по лестницам к меткам, спрыгивая на платформы и фермы, проходя по коридорам, пока не доходил до нового сегмента лестницы и все начинал заново. При этом у меня хватало терпения выслушивать разглагольствующего в наушниках Догстоуна, что-то бредящего насчет новых существ для нового мира. Три раза меняя лестницы и повторяя свой путь по окружности башни, я, наконец, спустился к самой воде, после чего прошел в «холл», перекрытый воротами.
От одного взгляда на ледяную, страшную воду мне становилось не то что не до купания, а почти физически плохо, так что пришлось искать другой путь. Очень скоро я нашел боковую лестницу справа и, взобравшись по ней, в небольшом тамбуре повернул штурвал, тем самым открыв ворота. Но пути дальше все равно не было – плавать в такой воде смерти подобно! Пришлось вернуться на середину мостка, где, «погасив» метку, я принялся ждать. Через некоторое время, когда, как мне показалось, всякая надежда испарилась, по воде проплыл куб с чем-то замороженным внутри. Не помня себя от радости, я перескочил на него и верхом на глыбе льда добрался до нового мостка с меткой.
Оттуда, пройдя через несколько коридоров и тамбуров, где убил трех волколаков, я вышел к воронке, куда засасывало такие же кубы льда, на одном из которых я переплыл канал «мертвой воды». Здесь Догстоун снова вышел на связь и опять же понес бред насчет исправления ошибок эволюции. Я, как помню, тогда еще подумал – кто из них более сумасшедший, он или Морхед? Впрочем, они друг друга стоили, мне же пока пришлось перебить трех волколаков, выскочивших из разных дверей; после чего в переходном тамбуре я подобрал гаубицу (почти та же базука, но со скоростной системой перезарядки, увеличенной скоростью полета снаряда (что облегчает стрельбу по движущимся объектам) и убойной силой (что позволяет бороться с массовыми скоплениями противников). Постреляв из нее на пробу по глыбам льда, тонущим в воронке, я вышел чрез другую дверь…

37. Розовый снег
Оказавшись у ворот и только-только решив подкрепится из ящиков с медицинским оборудованием, я был вынужден расстрелять двух волколаков, ворвавшихся снаружи, разумеется, не из гаубицы! Только после этого я вышел наружу, где всё - от горизонта до горизонта, - было в мелкой снежной пыли: начался буран, так что прячущиеся среди высоких сугробов и занесенных елей четыре волколака отлично меня видели, сами же, благодаря маскировочной окраске оставаясь почти незаметными. Впрочем, я все же перестрелял их…
Затем прошел к метке, расположенной у какой-то криво стоящей полой мачты (слишком узка она была для башни), видимо, поваленной бурей. Под ней и внутри я обнаружил запасы медикаментов и боеприпасов, а после того, как подкрепился ими, активизировал маленькую лифт-платформу. Вознесшись (другого слова здесь не подобрать) на самый верх, я взобрался сначала в механическую часть колоссальных размеров трехлопастного пропеллера, венчавшего мачту, а затем еще выше, на само устройство. Здесь, нежданно-негаданно на меня напали трое карулсонов, так что пришлось нырнуть обратно в люк и оттуда стрелять короткими очередями, как обычно метя по пропеллерам.
Затем я спустился тем же путем вниз, но вскоре, обойдя долину по кругу и не найдя прохода к новой метке, осознал свою ошибку, вернулся и, забравшись на пропеллер, с одной из его лопастей легко соскользнул к нужному месту. Пройдя немного, мне пришлось принять бой с двумя волколаками, а потом, у противотанковых ежей, с еще двумя. Подкрепившись и пополнив запасы патронов, я оценил обстановку, увидев, что передо мной лежит несколько путей, но я выбрал один: по ледовому полю (может, это было замерзшее озерцо, не знаю…), через которое я вышел довольно-таки близко к доту противника. Поползав немного, я выбрал хорошую позицию, после чего расстрелял волколаков из бронебойной снайперской винтовки. Но как только я вошел внутрь, на меня напали два волколака, подкрепленные тремя карулсонами, впрочем, под защитой бетонных стен им меня было особенно не достать…
Точно так же я попал во второй, расположенный не слишком далеко, дот (правда, на этот раз с воздуха мне никто не угрожал), а затем и в третий. Однако возникла проблема – видимо, волколаки вызвали подкрепление, и мне в спину неожиданно ударили залпы двух тварей, шедших за мной. Перекатываясь по снегу и прячась за елями, мне удалось сначала убить погоню, а затем занять дот.
Со стрелковой башенки этого волчьего логова я разглядел лопасть пропеллера, явно другого, хотя до нее надо было еще пересечь опушку леса, где мне устроили засаду несколько замаскированных в снегу волколаков. Убив их, - что было весьма не просто, - я заметил новую метку у большой, лежащей на земле трубы, в которую и полез…

38. Нефтеперегонный комплекс
Проползти по ней - дырявой, как голландский сыр, с кусками ржавой арматуры и полуобвалившихся сегментов, через которые внутрь проникали волколаки, то спереди, то сзади меня, - было делом не из легких. Тем не менее, я справился и, выбравшись наружу, увидел, что принятая мною за часть трубопровода, «труба» оказалась обрушившихся мачтой, увенчанной пропеллером, лопасть которого я заметил еще издали.
С холма, куда я попал, открывался вид на большущий нефтеперегонный комплекс, по всей видимости, стоящий прямо на источнике. Чего здесь только не было: и качалки, похожие на ритмично кивающих цапель, и гигантские бочки терминалов, и решетчатые вышки с горящими на вершинах газами. Словом, все, как в Пенсильвании или в Баку, как показывали по телевизору.
Впрочем, здесь же были и не относящиеся к нефтедобыче волколаки – не меньше полутора десятка, разбросанные по территории, ровной как стол и потому отлично простреливающейся. Пришлось основательно попотеть прежде чем я смог, перебегая от качалки к решеткам, от вышек к эмиттерам и далее, перебить их всех. Только оббежав сектор, в центре которого высилась вышка, окруженная решетчатым забором, я смог отдышаться и подлечиться из ящиков на снегу.
Да, изрешетили меня славно, но я выкрутился, а это главное. Однако и расслабляться не стоило: вскоре передо мной возник длинный проволочный забор, протянувшийся от горы к горе, с единственным, защищенным противотанковыми ежами входом. Его никто не охранял, но как только я подошел к нефтяным терминалам, на меня напали несколько волколаков, и, что еще более скверно, двое шерханов. Мне удалось справиться с ними, прячась за круглые нефтехранилища, без особого труда, хотя и волновался, как бы догстоунские уроды не взорвали здесь все вокруг…
Перебив их, я поднялся на холм, и тут же попал под плотный огонь пятерых карулсонов, действующих заодно с двумя волколаками. Вот тут меня снова основательно изрешетили, думал, «финита ля комедия», но выкрутился, хотя, признаюсь, с большим трудом.
Кое-как подлатав себя (ящики с аптечками куда-то подевались, ни одного в округе не было), я пробрался к отдаленному сектору комплекса, где располагались руины рабочих бараков и контор. Здесь мне пришлось драться с несколькими волколаками, но в принципе, после предыдущего боя это был почти отдых.
Заняв местный дот, я обнаружил, что нахожусь совсем рядом с железной дорогой, на рельсах которой, в тупике, стояла цистерна, даже на вид полная нефти. А где дорога – там ящики, а где ящики, там аптечки и патроны. Так и оказалось, поэтому некоторое время я позволил себе просто поваляться на снегу, растирая им лицо и вдыхая чистый, морозный воздух.

39. Терминал
Однако отдых не мог длиться бесконечно. Я поднялся, прошел по перрону, подбирая все, что нашел полезного из ящиков, после чего взобрался на дрезину и, включив ее, поехал по узкоколейке. Ехал не очень долго, пристально глядя вперед и поминутно ожидая засады, но, миновав несколько мостов, моя дрезина уткнулась носом в локомотив, мирно стоящий на рельсах.
Вот здесь-то и началось! Шестеро волколаков и два шерхана облюбовали это место, и действовали равными по численности отрядами по обе стороны поезда, так что я вступил с ними в неравный бой, из которого вышел израненным, но гордым победителем. Как всегда после этого осмотревшись, подлечившись и подобрав необходимые боеприпасы из ящиков, я некоторое время потратил на то, чтобы попытаться проникнуть на поезд, имея ввиду как-нибудь его запустить и поехать дальше, но мне этого не удалось. Пришлось идти пешком…
Вскоре я вышел на то, что могу назвать железнодорожной узловой станцией или, если хотите, терминалом. Трое огромных люков закрывавшие пути из глубины горы, рельсы с замершими на них неполными составами, что-то горящее, и стропила с решетчатыми фермами над головой – вот то, что я увидел, выйдя из тоннеля. И, естественно, враги. Почти десяток волколаков, как черных, так и белых, засели где только могли: на крышах одиноко стоящих вагонов, под полуобвалившимися конструкциями, за бетонными блоками, решетками и пандусами… хорошо еще хоть, что моя скан-карта исправно работала, отмечая красными точками местоположение противника!
Так, продвигаясь к противоположному концу терминала, стреляя на ходу и прячась за чем только можно, я добрался до открытого товарного вагона, где засела небольшая группа волколаков. Их мне удалось забросать гранатами, подползя как можно ближе; примерно с той же легкостью я расстрелял нескольких тварей, залегших у входа на лестницу, а вот потом…
Потом начался новый забег наперегонки со смертью, только на этот раз – по вертикали. Узкая металлическая лестница, ведущая наверх прорубленной в толще горной породы шахты, охранялась десятком волколаков, а на площадках, - стреляя вниз, - меня поджидали шерханы (правда, всего два). Грешным делом я уж решил, что это лестница праотца Иакова, так яростно за нее дрались зверюги!
Наконец, мне удалось выбраться на самый верх, где, застрелив в упор не успевших ничего сообразить двух шерханов (сделать это было не трудно – тигриная порода только мешала тварям: они двигались вальяжно, словно шли на водопой в джунглях, и тратили несколько драгоценных секунд на то, чтобы остановится, приладить к плечу базуку и открыть огонь… так что против стрельбы в упор шерханы были беззащитны!), затем открыл ворота и совершенно неожиданно для себя оказался на лысой, лишенной снега вершине горы.
Какой-то нездешний, непривычный шум привлек мое внимание и я, посмотрев на небо увидел зависший над горами огромный дирижабль. Но это полбеды. Внезапно от него отделились две точки, стремительно несущиеся вниз, ими оказались два карулсона, но не успел я даже поднять пулемет, как они, спустившись, подхватили меня под руки и понесли наверх, к дирижаблю! Со стороны это очень напоминало гравюру из Библии на тему вознесения святых. Стрелять в них, понятно, уже не стоило, тем более что монстры не причиняли мне ни малейшей боли. Просто я летел вверх, словно на двух пропеллерах…

38. Разговор под облаками, или вся семья в сборе!
Внеся меня в раскрытый нижний люк гондолы, карулсоны куда-то подевались, но, как я позже заметил, при этом унесли с собой всё мое оружие, - даже нож и скальпель! - оставив только один пистолет с двумя сотнями патронов. Впрочем, тогда мне было не до этого. С большого телеэкрана ко мне снова обратился Морхед. Он оказался очень рад, что я пришел к нему, перенеся все беды и опасности, и в этот момент уродливый, безумный ученый показался мне таким симпатичным, по сравнению с Догстоуном. Профессор, по крайней мере, мне не предавал, а сразу, честно и однозначно поставил цель – заполучить Курта Робинсона на остров, после чего методично шел к ее реализации.
Морхед сказал, что из меня выйдет отличный отец, и что хочет познакомить меня с… Маликой Блок, которую я считал безвозвратно погибшей, и тело которой так нежно и бессильно сжимал под дождем еще в самом начале нашей операции на Сорео! Она оказалась жива и здорова, более того, материю моего ребенка…
Он явно хотел сказать еще что-то, но не успел. Откуда не возьмись появился огромный боевой робот марки «Титан», наподобие тех, каких так любят рисовать японцы в своих комиксах и мультфильмах. В нем сидел генерал Догстоун, - вот кого бы я хотел сейчас видеть меньше всего, и встреча с кем была (это я прекрасно понимал!) неизбежна. Он тут же завел свою шарманку насчет того, что не легко прощать тем, кто тебя предал, что его, точно как и меня использовал гад-профессор, и прочее в том же духе.
Не знаю, что бы я сделал или ответил, как меня опередил… король-лев! Оказалось, мой жестокий друг не погиб от полученной им в живот мины (она по-прежнему тикала в его теле), а выбрался из научного комплекса и теперь пришел отомстить. Бросив в лицо Догстоуну его же слова: «Никогда ведь не знаешь, чем закончиться твоя ничтожная жизнь!», он кинулся на робота, превозмогая дикую боль, дополз до кабины, правда, уже закрытой плексигласовым куполом, и, не в силах добраться до генерала, взорвал себя вместе с механическим монстром!
Впрочем, я не прав – взорвать робота ему не удалось, но вот гондола слетела с креплений и повисла под углом почти 45 градусов, сам генерал во чреве своего «титана» грохнулся вниз с огромной высоты, а телеэкран погас. Я остался один на поврежденном, но пока еще исправно висящем в небе дирижабле…

39. Титаник
По скобчатому полу, круто вздымающемуся вверх, мне с трудом удалось пробраться к выходу, а потом перейти на внешний мостик, идущий вокруг готовой сорваться гондолы. Там тоже был рубчатый пол, словно специально созданный для подобной аварийной ситуации, так что с передвижением почти не было никаких проблем. Я прополз наверх и позади рубки управления обнаружил прибор типа манометра, регулирующий давление в баллоне. Активизировав его, и тем самым резко увеличив давление, я добился, чтобы дирижабль, точнее то, что от него осталось, медленно пополз вниз, пока не остановился над странной конструкции огромным, закрытым люком. Прыгать вниз было, конечно, опасно, но я понадеялся на свисающий с гондолы трос, и, крепко обхватив его, соскользнул. К моему удивлению, люк раскрылся, и я плюхнулся с довольно-таки не большой высоты в неглубокий, - примерно по пояс, - бассейн, даже не поранившись.
Однако, то, что я увидел там мне совсем не понравилось. Прямо в центре стоял целый и невредимый «титан» с Догстоуном внутри. Генерал сообщил мне, что под ним, на глубине почти две тысячи метров, в подводном городе, зреет и ждет своего поводыря зерно новой жизни для нового мира. И обладать этой тайной может только один человек, разумеется, сам генерал!
Затем плексигласовый купол закрылся, и началась битва человека против робота. Я не сразу, но довольно-таки скоро разобрался в происходящем. Догстоун был вооружен только многоструйным огнеметом, бьющим однако на довольно-таки небольшое расстояние. Тем более что если я, - приседая, - нырял под воду, то огонь был мне безвреден. Но огромным плюсом явилась совершенная неуязвимость «титана» против пистолетных пуль. Впрочем, этого следовало ожидать. Итак, мы с Догстоуном попали в патовую ситуацию – он не мог достать меня, сидящего под водой и изредка выскакивающего, чтобы глотнуть воздуха, и я не мог достать его, надежно укрытого броней своего монстра-робота.
Некоторое время я просто кружил по периметру бассейна, выискивая уязвимые точки на броне «титана», паля при этом куда придется, пока не нашел таковые! На спине у робота топорщились трое больших стеклянных ламп – две длинных, зеленого цвета, и одна – маленькая, красная. Случайное попадание по одному из них резко ухудшило состояние робота. О, фортуна! Теперь осталась лишь самая малость – бегая вокруг «титана», подстерегая момент, когда робот повернется ко мне спиной, расстреливать их пистолета эти самые стекляшки. Но и Догстоун быстро сообразил, откуда ветер дует – ловко маневрируя рычагами управления, он старался все время держаться ко мне лицом, при этом нещадно поливая из огнемета.
Через некоторое время постоянной беготни и стрельбы первая лампа разлетелась в дребезги, потом, через некоторое время еще одна, а затем пришло время для самой сложной мишени – той, что маленькая и красная. Я спасался от огненных струй только тем, что вовремя нырял под воду, но, если оказывался слишком близко к роботу, то все равно обжигался кипятком, - так быстро нагревалась вода вокруг. В пистолете оставалось совсем мало патронов, с каждой секундой шансов становилось все меньше и меньше, но вот…
Удача! Лампа разбилась и «титан», не устояв, рухнул на колени, выбросив из своего тела Догстоуна. Генерал повис на плексигласе, но не удержался и полетел вниз с огромной высоты в внезапно раскрывшийся перед роботом люк. Я подошел и в ярости несколькими пинками спихнул поверженную громадину прямо на генерала, а вдогонку послал вниз еще и плевок. Потом сел, прислонившись спиною к стене, и несколько часов отдыхал, приходя в себя, осторожно трогая обожженные места, пытаясь унять боль. В этот момент в голову пришла мысль столь развеселившая меня, что я просто заплакал от смеха. Я вспомнил, что победитель титана по латыни назывался «Титаник». Выходит, что я – тезка знаменитого, утонувшего лайнера? Весьма точное сравнение! Один, без оружия (полностью разрядившийся пистолет я выбросил), погребенный заживо в каком-то непонятном, черт знает где расположено месте, без связи и средств к существованию. Настоящий «Титаник»…
Впрочем, отсмеявшись, я решил попробовать привести робота в действие и как-то выбираться отсюда. Осторожно прыгая с одного торчащего металлического выступа на другой, я спустился вниз, но едва устроился в кабине, как плексигласовый купол закрылся сам по себе и робот начал погружение под воду, нырнув в открывшийся под ним люк…

40. Вечная жизнь
Вскоре, проплыв под водой бог знает сколько миль, я оказался на дне сухого шлюза, надо мной высился закрытый люк, а впереди – коридор со странно светящимся потолком (как позже выяснилось, им оказались трубы). Я выбрался из «титана» и пошел к видневшемуся вдали лифту, одновременно слушая обращенную ко мне речь Морхеда.
Он объяснил, что, изменив мой генотип, решил сделать из меня совершенного человека, нового Адама, и остров этот создал для меня одного, как некогда Бог сотворил райский сад для первых людей… «Я думал, ты – вершина моего творения!»
Я сел в лифт и поехал вниз, а Морхед продолжал…
«Наблюдая за тобой, я, однако, понял, что “чудесного превращения” не произошло, - сказал он. - Природу не обманешь. Из тебя не получился новый человек, ибо только перерождение даст новую жизнь, только ребенок способен стать истоком нового общества, более лучшего, совершенного и сильного. И этот ребенок – ТВОЙ, Курт».
Я шел по коридору, состоящему из металлических полос и стекла, на другом конце которого меня ждал Морхед и спящая в открытом саркофаге Малика.
«Нам всем дарована вечная жизнь, - тем временем говорил профессор. - Это – смена поколений. Каждый из нас имеет свой конец и свое начало. Главное вовремя остановится. Дорога кончается здесь, и пусть продолжит ее тот, кто родится заново. Иди, Курт Робинсон, уноси с собой свою женщину и ребенка, и будь счастлив…»
Я поднял Малику на руки и, не оборачиваясь, не произнося ни единого слова, понес ее к маленькой батисфере в дальнем конце зала. Морхед стоял рядом со своими приборами и тоже молчал, даже когда вода разломала иллюминаторы и хлынула, затопляя все позади нас. Но я этого не замечал – со мной была моя Малика, моя любовь и мой ребенок – источник будущего, лучшего мира. Чего еще желать?!
Батисфера вынесла нас на поверхность океана, из нее я послал SOS и стал ждать, пока в горячих глубинах Малики пробуждалась моя вечная жизнь…


Вашингтон, федеральный округ Колумбия, США
17 июля 1.30 до полудня

Куривший трубку человек отложил последний листок и надолго задумался. Предстояло принять решение, причем как можно скорее…
Наконец, он нажал на кнопку коммутатора и приказал секретарю пригласить в Ситуационную комнату ожидавших в приемной генералов. Те немедленно вошли, расселись, как показалось человеку, в том же порядке, и обратились вслух.
– Прежде чем сделать заключение по докладной записке Курта Робинсона, я хочу кое-что прояснить. Где он сейчас и что с ним?
– Разрешите, сэр? - поднялся с места адмирал. Получив кивок, он сказал: - Наш авианосец «Джордж Вашингтон» принял сигнал, посланный сержантом Куртом Робинсоном и подобрал его, выловив батисферу с опознавательными знаками ВМФ США, в десятке миль южнее Сорео. С ним там находилась женщина, опознанная по личному номеру, как лейтенант Малика Блок. Оба были доставлены в военный госпиталь на Наалеху (Гавайи), где находятся до сих пор. Оттуда Робинсон послал на имя министра обороны свою докладную записку, поданную вам для рассмотрения, сэр.
– Спасибо. Так вот, господа, мое решение, - человек прошелся взглядом по неподвижно застывшим в своих креслах военным. - Сержанту Робинсону присвоить звание капитана морской пехоты, взять строжайшую подписку о неразглашении всего, что он увидел, услышал и что произошло с ним на Сорео, после чего отправить в отставку и поселить в закрытом военном городке в Небраске. Родным и близким Питера Огюста Догстоуна сообщить, что генерал геройски погиб при исполнении своего долга, и его остатки будут захоронены на Орлингтонском военном кладбище со всеми почестями. Родным Лайма Куэйда сообщить, что капитан пропал без вести, выполняя ответственное правительственное задание. Это же сообщить всем семьям погибших солдат взвода Куэйда и взвода Блок. Любые вопросы, наведение справок и тому подобное, откуда бы они не проистекали, о Сорео и ведущихся или ведшихся там исследовательских и военных работах, пресекать в зародыше, ссылаясь на военную тайну. На сам остров послать разведывательный самолет с целью выявления логовищ случайно уцелевших тварей, и, если такое найдутся, прислать эскадрилью и уничтожать их ковровыми бомбардировками с воздуха, не высаживая десант. Официально заявить о проведении на необитаемом острове испытаний нового типа вооружения ВВС США. Вопросы есть?
– Да, сэр, - взял слово один из генералов. - А как же быть с ребенком Курта и Малики Блок?
– А что такого? - пожал плечами человек. - Пусть растет. Глядишь – и получиться из него этот самый, - он светился с последней страничкой доклада: - «источник будущего, лучшего мира»…
Присутствующие тихо засмеялись.
– А сама записка?
– Насчет же рапорта Курта Робинсона я тоже принял решение. Его уничтожат, а вас я прошу соблюдать строжайшую тайну насчет всего, что было в нем изложено. Если кому от этого легче, то лично я считаю, что, - человек поднял папку с докладной запиской, - всего этого не могло быть на самом деле! Все это бред сумасшедшего, контуженого солдата, пропавшего без вести при выполнении секретного задания государственной важности.
– Такова официальная позиция?
– Можете считать, что она такова. Если больше вопросов нет, все свободны, господа. Мой секретарь подготовит соответствующие бумаги уже к утру. Доброй ночи.
Когда же последний ушел, плотно закрыв за собой дверь, человек потянулся, встал, разминая затекшие от долгого сидения ноги и, подойдя к уничтожителю бумаги в дальнем конце комнаты, нажал на тумблер…
Нравится6
Комментарии (2)
  • 1
    Огромное спасибо автору. Потрудился! Читаю как интересную книгу.
  • 0
    Отличное прохождение. Действительно как книга. Не такое сухо прохождение. прочитал все полностью, от "корки" до "корки", если так можно выразиться о статье на сайте) Спасибо автору! Очень помог, когда полдня пытался убить "Прикованного Прометея" и еще в нескольких местах. Я его и из М-60 и из ракетницы... чем только не пробовал валить. Хотя смущало отсутствие полоски жизни босса.
    Да и сама игра хорошая. Правда, местами бывают глюки, но все это компенсируется хорошим сюжетом и интересным геймплеем.
B
i
u
Спойлер