Сегодня трудно говорить о Metal Gear Solid 3 и не вспомнить её музыкальную визитку — композицию Snake Eater.
Эту песню в духе фильмов о Джеймсе Бонде написал японский композитор Норихико Хибино, а исполнила её американская вокалистка Синтия Харрелл, известная своим фанк- и соул-звучанием. За годы трек стал настоящей классикой среди поклонников серии. Он сопровождает вступительные титры, где на фоне пролистываются газетные вырезки времён холодной войны и кадры джунглей, а позднее звучит в легендарной сцене восхождения Нэйкеда Снейка (будущего Биг Босса) по бесконечной лестнице в Красногорье, уже в слегка изменённой аранжировке.
В прошлом году Konami подтвердила разработку ремейка Metal Gear Solid 3 под названием Metal Gear Solid Delta: Snake Eater для современных платформ. Релиз состоится уже на следующей неделе и это отличный повод вновь взглянуть на историю создания культового саундтрека.
Как рождалась легенда
Музыкальный путь Норихико Хибино в индустрии игр начался в 1999 году. Вернувшись в Японию после учёбы в Беркли-колледже музыки в Бостоне, где он постигал основы композиции и музыкального продюсирования, Хибино неожиданно для себя оказался в Konami Computer Entertainment Japan. Хотя за плечами у него не было опыта в геймдеве, его навыки в компьютерном продакшене и акустической аранжировке сыграли решающую роль, а рекомендация друга помогла устроиться в команду, работавшую над серией Metal Gear.
Первая значимая отметка в карьере Хибино пришлась на Metal Gear Solid для Game Boy Color (2000). Несмотря на то, что игра не была ремейком версии 1998 года, а представляла собой самостоятельное ответвление, её музыка принесла молодому композитору первую награду. Вскоре он вошёл в основную команду, занимавшуюся саундтреком к долгожданной Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty (2001). Ирония в том, что всего за пару лет до этого он даже не слышал о серии.
«Когда меня приняли на работу, я вообще не знал, что такое Metal Gear Solid, — признавался Хибино. — А начальник сказал: „Мы уже обсудили всё с Гарри Грегсоном-Уильямсом, композитором голливудских фильмов, и ты будешь работать с ним вместе“. Я только и думал: „А что мне делать?“»
Хотя официально на саундтреке MGS2 значатся лишь шесть его композиций, на деле именно Хибино написал значительную часть музыки к игре. Однако международное признание тогда досталось в основном Гарри Грегсону-Уильямсу, чьё имя оказалось на первом плане. По-настоящему громко заявить о себе Хибино удалось уже с выходом следующей части.
Откуда взялся Snake Eater
Идея создать главную тему в духе бондианы принадлежала самому Хидео Кодзиме. Первоначально Хибино вовсе не рассматривался как композитор для этой песни — свои варианты предлагали другие авторы, в том числе Рика Муранака. Она сочинила несколько тем, включая Don’t Be Afraid, но Кодзиму они не устроили: звучание было слишком мягким и не подходило для открытия игры.
Тогда Хибино решил попробовать силы. «Я понимал, что господин Кодзима ждёт от темы той самой энергетики Джеймса Бонда, — вспоминал он. — Кроме того, если бы песню заказали у стороннего автора, пришлось бы выделять дополнительный бюджет. А я мог сделать её своими силами».
Первая демо-версия была собрана с помощью компьютерных библиотек оркестровых инструментов. Работая над текстом, Хибино стремился передать чувства сразу двух персонажей — Снейка и Евы, но при этом оставить смысл достаточно открытым, чтобы слушатели могли трактовать слова по-своему. Именно эта двойственность и сделала песню такой многослойной: строки о «древесных лягушках» соседствуют с образами самопожертвования и верности.
«Фраза „Я отдаю свою жизнь не за почести, а за тебя“ для меня ключевая, — говорил композитор. — „За тебя“ можно понимать по-разному: как любимого человека, как весь мир или как Бога. Для каждого это своя миссия, своё предназначение».
Когда демо было готово, Хибино показал его Кодзиме. Режиссёр без колебаний одобрил трек и поручил Рике Муранаке, находившейся в США, организовать запись в Лос-Анджелесе. Именно она пригласила музыкантов, а также обратилась к Барри Коффингу за рекомендацией аранжировщика. Так к работе присоединился опытный композитор и оркестровщик Марк Холден.
Окончательная версия
Марк Холден, основатель компании Musiccomm, имел солидный послужной список в кино- и телепроизводстве: среди его заслуг — номинация на «Эмми» за музыку к образовательному шоу The Body Works и сама премия за документальный фильм Good Luck Mr. Robinson. Кроме того, он был большим поклонником Джеймса Бонда и прекрасно ориентировался в музыкальной эстетике шпионского жанра, зная, какие элементы делают его звучание узнаваемым.
«Я всегда восхищался творчеством Джона Барри, — вспоминал Холден. — "Особенно его партитурой к "Льву зимой". Но важно отметить: многие узнаваемые мотивы бондианы возникли ещё до Барри — они появились в музыке Монти Нормана для первых титров. Там были и электрогитара, и характерная хроматическая линия V, V#, VI, V#, и массивные духовые. Всё это стало неотъемлемой частью ДНК шпионской музыки". Мы не копировали ноты или ритмику напрямую, но этот стиль затем просочился в тему сериала Святой с Роджером Муром, а позже и в заглавную мелодию Секретного агента. Особенно примечателен минорный аккорд с натуральными 7 и 9. На самом деле это старый джазовый приём, который в шпионском контексте получил вторую жизнь. Корни этого звукового языка можно проследить ещё глубже — до темы Питера Ганна Генри Манчини. Она невероятно мрачная и эффектная. В случае со Snake Eater эти приёмы заложили основу аккордового строя куплетов.
Неудивительно, что с таким опытом и вкусами Холден показался Рике Муранаке идеальной кандидатурой для аранжировки. Она связалась с ним, и они приступили к работе.
«Помню, я получил грамотно оформленный нотный лист — с мелодией, текстом и аккордами. Может, было и аудио-демо, но я его не сохранил в памяти — прошло ведь много лет. Так или иначе, я опирался именно на этот лист и устные пояснения Рики. В течение нескольких недель, а может и месяцев, я сделал несколько достаточно детализированных демо. Их приняли тепло, и Рика предложила постепенно расширять оркестровку: сначала добавили струнные, затем трубы, тромбоны, четыре валторны и ударные. Возможно, были и деревянные духовые, но я не ручаюсь. Получился очень насыщенный макет — по сути, почти готовая версия. Я считал работу завершённой, пока Рика не позвонила и не попросила всё переписать для живой оркестровой сессии».
Для записи вокала Муранака пригласила давнюю подругу — певицу Синтию Харрелл. Их знакомство тянулось ещё с 90-х, и они не раз обсуждали совместные проекты (в том числе